В Приморской станице - поэма Зинаиды Александровой

Жил Мишутка у себя в станице,
Где кругом шумят поля пшеницы,
Где над степью коршуны парят.

А в степи — ей нет конца и краю —
Целый день кузнечики играют
И пасут мальчишки жеребят.

Мишутка, маленький, курносый,
Задом наперёд надев трусы,
Убежит от матери без спроса
В степь, ещё сырую от росы.

Он спешит из бабушкиной хаты
С тёплою лепёшкою в руке,
Чтоб в степи, на зависть всем ребятам,
Мчаться на колхозном Воронке.

Степь весной поёт и зеленеет,
Красными тюльпанами цветёт.
Майский дождик прошумит над нею,
Обещая урожайный год.

Но подуют ветры суховеи —
Всё кругом засохнет, пропадёт...
Ветер дышит, будто жар из печки,
На песок не ступишь босиком.

Хорошо бы выкупаться в речке,
Но до речки не дойдёшь пешком.
Лишь дразня, как море в час прибоя,
Степь шумит, волнуется вдали.

Это побелевшие от зноя
Клонятся седые ковыли.
Там охотятся орлы степные
На невидимых в траве зверьков

И вдали, как горы снеговые,
Громоздятся груды облаков.
Вечером таинственным и звёздным
Далеко в степи горит костёр.

И Мишутка с конюхом колхозным
У костра заводит разговор.

Конюх, знойным ветром опалённый,
Раненный в боях за Сталинград,
Говорит, что скоро Волгу с Доном
Люди навсегда соединят.

— Погоди, Мишутка! Словно в сказке,
Будут здесь твориться чудеса!

Приживётся виноград кавказский,
У воды зашелестят леса.
Степь зазеленеет, оживится.
Заведём и мы в своей станице
Косяки породистых коней...

Эх, вода, прохладная водица!
Край степной соскучился по ней... —

И Мишутка, лёжа на полыни,
У костра, от дома вдалеке,
Думает о серебристо-синей,
Широко разлившейся реке.

Он её видал лишь только в книжке,
И в кино станичном, и во сне..
Хорошо бы с моста или с вышки
Прыгнуть и поплавать на спине!

Хорошо бы утром рано-рано
Вытащить из речки окунька,
Выкупать в реке коня Буяна,
Звёздочку, Булата, Воронка...

Хорошо бы в лодке прокатиться,
Спрятаться от солнышка в камыш...
А у них колодец да криница —
Досыта коней не напоишь.

Поднялись над балочкой туманы,
В тёмном небе звёзд не сосчитать.
Глядя на далёкие курганы,
Хорошо о будущем мечтать.

Правда,, поговаривают люди, —
Думаете, слушать их легко? —
Что канал от Волги к Дону будет,
Да от их станицы далеко...

А ребята думали сначала,
Что копать канал начнут весной.
Но опять весна в степи настала...
Видно, не дождаться им канала —
Он пройдёт, как дождик, стороной!

В этот год взошли посевы дружно.
Им напиться и умыться нужно,
Только нет ни облачка, ни тучи —
Всюду пыль, везде песок летучий.

Ветры астраханские подули,
Иссушив колхозные поля.
Раннею весною, как в июле,
Побелев, потрескалась земля.

Дон течёт далёко за холмами,
Не видать его и не слыхать...

И решили ребятишки сами
Поскорей письмо в Москву послать.
Вот однажды около амбара
Собрались в тени под грушей старой
Школьники, Мишуткины друзья.

Написать... А вдруг Москва поможет!..
Если суховей посевы гложет,
То не написать никак нельзя!

Стоя на коленках у скамейки,
Пишет буквы по косой линейке
Маленький Тарас, Мишуткин друг.
Под диктовку он слова выводит.
С крупных букв ребята глаз не сводят
И толпятся и шумят вокруг.

Пишут ребятишки в Кремль, в столицу
«Суховей пожёг у нас пшеницу,
Без воды измучился народ.

Мы слыхали о донском канале.
Если с просьбой мы не опоздали,
Пусть канал поближе к нам пройдёт!»

— Ты пиши, — друзья кричат Тарасу,
Что дождя не выпало ни разу,
Листики попадали с ветвей!..

Без воды, без речки очень худо...—
«Сделайте для нас такое чудо
И уважьте просьбу поскорей!»

Под засохшей грушей у скамейки
Ставят подпись по косой линейке
Аннушка, Николка и Тарас...

— А Мишутка?.. Ты, Мишутка, что же?. —
Ведь Мишутка сам писать не может,
Осенью пойдёт он в первый класс.
Но цветной рисунок на странице
Он в Москву в подарок отошлёт.

Синий Дон среди садов струится,
И плывёт у их родной станицы,
Словно лебедь, белый пароход.

И письмо дойдёт! Вы только верьте,
Долетят горячие слова,
Если написали на конверте
Слово всем знакомое — «Москва»!

Осенью Мишутка стал учиться.
Важно он шагает по станице
С новенькою сумкою для книг.

Бабушка подстригла чубчик русый.
Повстречавшись, конюх седоусый
Говорит: «Здорово, ученик!»

Учится, старается Мишутка,
Но пятёрки получать не шутка!
Много в первом классе надо знать:
Не кричать, а руку подымать,
Выходя из класса — не толкаться,
В новый носовой платок сморкаться
И не ставить кляксы на тетрадь...

А чернилами писать не просто!
Хоть Мишутка рисовать мастак,
Буквы одинакового роста
Ну не получаются никак!..

Буква М — мала, толста немного,
Буква И — жирна и велика,
Буква Ш — крива, коротконога,
Буква А — танцует казачка.

То они бегут как будто с горки,
То влезают на гору опять...
Скоро ли добьётся он пятёрки,
Хорошо научится писать?

Ждут ребята из Москвы ответа...
Может, их письмо пропало где-то?
Может быть, Васильич-иочтальон
Не отвёз его тогда в район?

Может, были в адресе помарки
Иль в дороге отлепились марки?..
Бабушка гремит горшками в хате:
— Выискались тоже писаря!

Всем ответить — времени не хватит.
Ты, Мишутка, не надейся зря.
Трудятся, ночей недосыпают
Люди в белокаменном Кремле.

Всё они без ваших писем знают,
А ведь дел-то много на земле!..
Дел-то много, справедливо это...
Но Мишутка ждёт и ждёт ответа.

И однажды снежною зимой
К ним Васильич постучал домой.
Он сказал простуженным баском:
— Ты смотри, Мишутка, что творится —
Море будет около станицы...
Будем жить на берегу морском!

А в дверях уже стоит Тарас:
— Видишь, не забыли и про нас!
Радио слыхал я на рассвете —
Скоро пущен будет Волго-Дон.

Карта напечатана в газете.
Там, на карте, есть и наш район!..
На «Победе», снегом занесённой,
Секретарь приехал из района.

К площади стекается народ.
На крыльце толкаются ребята.
И казак столетний, бородатый
Первым слово для себя берёт.

Говорит, что он до счастья дожил,
Что наполовину стал моложе...
Рассмешил молоденьких девчат:
— Значит, деду стало пятьдесят!

Бабушка Мишуткина, Настасья,
Вышла и заплакала от счастья.
Всю-то жизнь она жила в станице
Негде было курице напиться.

А теперь не пруд и не река —
Море к ним придёт издалека!
Ребятишки маленькие спорят:
Море — это не канал, не пруд...

Как же выкопать большое море?
Где же воду для него возьмут?
Ахают старухи удивлённо.
Говорят, вода придёт из Дона.

Дону перекроют путь-дорогу,
И пойдёт он по степи по всей!
На крылечке ребятишки смогут,
Ноги свесив, удить карасей.

Зацветут в канавах незабудки...
Где желтеет бабкин огород,
Где растёт подсолнух у Мишутки,
Проплывёт московский пароход...

А Пески, соседнюю станицу,
И дома, и школу, и больницу,
Детский сад, и яблоневый сад
Выше, на холмы, переселят...

Пристают с вопросами ребята:
— Не затопит море наши хаты?
— А когда оно придёт сюда?
— А какая будет в нём вода?

— Может, будет горькой да солёной,
Кони пить её не захотят?..
Целый день в станице оживлённой
Не смолкают голоса ребят.

Встретили ребята Новый год.
Первый раз горела в школе ёлка.
А зима идёт, идёт, идёт
Для Мишутки, как нарочно, долго.

В январе гуляют по степи
Жёсткие, колючие бураны.
Бабка говорит: — Ложись, поспи! —
Мать смеётся: — Да ещё ведь рано!

Сделана домашняя работа,
Убраны чернила и тетрадь...
Только спать Мишутке неохота.
Можно посидеть, порисовать...

Вот большое голубое море,
Ярко-красный солнечный закат.
Вот зелёный сад на косогоре,
Розовые яблоки висят...

Он нарисовал свою станицу,
Лебедей и лодки рыбаков
И внизу, на краешке страницы,
Расписался:
Миша Казаков.

— Бабушка, а море замерзает?
Будет ли у нас на море лёд? —
Бабушка молчит, и мать не знает.
Надо ждать, когда отец придёт...

То отец опять пропал в конторе,
То уехал по делам в район...
Целый день работой занят он:
Это ведь не шутка — встретить море!

У стола сидит Мишутка сонный.
В лампе язычок почти погас...
— А когда сольётся Волга с Доном,
Будет электричество у нас?

— Будет! — говорит сынишке мать. —
Ток пришлют с плотины, издалёка.
Будем мы водить машины током,
Землю электричеством пахать.

Купим для коров электродойку,
Инкубаторы на птичий двор... —
Бабушка смеётся: — Ты постой-ка...
Я-то доживу до этих пор?

Погодите, я тогда пойду,
Буду у правления проситься:
Для колхоза уток разведу
И другую водяную птицу...
Купим жёлтых маленьких утят.
Пусть к нам гуси-лебеди летят!

Стал Мишутка около окна.
Стёкла запотели, ночь темна.
И метель не утихает, злится,
Будто волки воют у ворот...

Лишь в степи, далёко за станицей,
Вспыхивают синие зарницы —
Это стройка на Дону идёт.

Пожелтели зимние дороги.
Март, весенний месяц, на пороге, —
Ледяные звонкие капели,
Маленькие быстрые ручьи.

Вот уже вернулись, прилетели
Первые голодные грачи.
Не боясь, идут за тракторами,
Ссорятся в соломе возле хат...

Вот уже над чёрными парами
В небе колокольчики звенят, —
Это высоко над головою
Жаворонок вьётся полевой.

Начинают сеять яровое,
Степи одеваются травой.
И Мишутке в хате не сидится,
На крыльцо он вышел босиком.

Над весенней степью, над станицей
Гуси пролетают косяком.
Пролетают лебеди и утки
Из-за дальних солнечных морей.

Лебеди, серебряные грудки,
К бабушке Настасье и Мишутке
Прилетайте в гости поскорей!

Встретился весной Мишутка снова
С конюхом Кузьмою Горюновым.
Шёл он мимо скотного двора,
А Кузьма кричит:
— Моряк, здорово!
Выпускать коней уже пора!
Приходи в конюшню утром рано —
Так и быть, я дам тебе Буяна!

И помчались кони по станице
В степь, зазеленевшую опять...
За Мишутку бабушка боится,
Но не хочет виду показать.

Всадникам завидуют ребята:
— Ну, Мишутка, если сел — терпи!.
Старший сын Зарницы, сын Булата,
Конь Буян несётся по степи.

Два коня сначала рядом скачут,
Но отстал на Воронке Тарас.
Конь Буян — капризный и горячий,
Седоков он сбрасывал не раз..

Он несётся, развевая гриву, —
Не угнаться за таким конём!
И Мишутка, гордый и счастливый,
Смотрит победителем на нём.

Далеко от бабушки, от дома,
Мчится он давно по дну морскому.
А навстречу облако клубится,
На дороге шум и суета:

Ближняя соседняя станица,
Чтобы в море ей не очутиться,
Едет на высокие места.

Развевает ветерок весёлый
Знамя на машине головной.
И поют «Катюшу» новосёлы.

Уезжая на берег морской.
Разобрали курени да хаты,
На возах столы, цветы в горшках...

Вот сидят знакомые ребята,
Поросёнка держат на руках.
Вот идёт пастух с колхозным стадом,
А телят везут в грузовике.
И коровы и телята рады,
Будто воду чуют вдалеке...

Скачет на своём коне Мишутка,
А навстречу птица-желтогрудка.
Прилетит она весной сюда —
А её гнездо зальёт вода.

Суслик, будто столбик, вырос рядом...
И его затопит заодно.
Этому воришке так и надо —
Пусть не ест колхозное зерно.

Вот кленок поднялся молодой,
Одиноко встал на косогоре, —
Скоро и его зальёт водой,
Скоро здесь плескаться будет море.
Хорошо бы этот клён спасти,
Выкопать и в сад перенести...

Пятками своих коней пришпоря,
Степью мчатся всадники вперёд.
Где ж начало будущего моря?
Вот откуда море к ним придёт!

Конь Буян косит лиловым глазом,
Здесь Мишутка не бывал ни разу.
Будто горы, высятся вдали
Груды развороченной земли.

А по дну большого котлована,
На обоих берегах реки,
Двигаются краны-великаны,
Вспыхивают сварки огоньки.

Самосвалы весело грохочут,
Скреперы гудят, корчуя лес...
— Погляди, а вот Никита Кочет,
Тракторист из нашей МТС!

На Никите новая кубанка,
Он ведёт машину вроде танка.
Гусеницы — в комьях рыжей глины.
Что за трактор, до чего ж толков!

А Никита машет из кабины —
Значит, он заметил земляков!..
Просит передать родным поклоны.
Шутит, что на следующий год
Он на пароходе с Волго-Дона
Погостить в станицу приплывёт...

Смотрят удивлённые ребята —
Кто там землю роет за рекой?
Видели они в кино когда-то
Экскаватор, только не такой...

Этот, как московский дом, высок,
Он ковшом вгрызается в песок.
Будто в сказке, он шагает сам...
Как же тут не верить чудесам!

Дон течёт не голубой, а бурыц,
И не тихий, а сердитый, хмурый.
На него Мишутка и Тарас
Смотрят, отвести не могут глаз.

Правда, что осталось ждать недолго.
Вот когда сольётся с Доном Волга
И плотина ляжет через Дон,
Светлым морем разольётся он!

Ребятишкам от Кузьмы попало:
-— Ездили одни в такую даль!..
Мне не вас — коней колхозных жаль! —
Он ворчит, а им и горя мало.

Но рассказов хватит на неделю...
Будто воротясь из дальних стран,
Рассказали всё, что разглядели:
Как шагал по стройке великан,
Как с Никитой встретились у Дона
И кому он посылал, поклоны.
Но ещё неделя не прошла,
Как другие начались дела.

Много новостей у них в станице.
Не дозваться с улицы ребят.
Тучей грозовою степь дымится,
По ночам костры в степи горят...

И гудят машины, землю роя,
Чтоб ровнее было дно морское.
В мае возле будущего моря
Перед школой посадили сад.

Яблоньки на жёлтом косогоре,
Будто ребятишки, встали в ряд.
Школьники на будущей аллее
Высадили клёны и дубки.

В кучке им расти повеселее —
Пусть растут крепки и высоки!
И Мишутка вспомнил свой кленок —
До сих пор сходить за ним не мог.

С ножиком отцовским и мешком
Он туда отправился пешком.
Зашагал, пошёл по большаку
К бал очке, к зелёному кленку.

Здесь весной он жеребёнка пас,
Клён вот здесь он видел в прошлый раз.
А теперь машин в степи полно,
Надо им ровнять морское дно.

Землю рыть, деревья корчевать,
Чтобы морю мягче почивать...
Может быть, уж нет его кленка?
Зря он шёл сюда издалека.

Нет, растёт... Бежит к нему Мишутка...
Опоздай он на одну минутку —
И наедет скрепер на кленок:
Он срезает землю близко-близко...

И понять не может скреперистка,
Что кричит ей этот паренёк.
Стриженый, курносый, сероглазый,
Ноги до коленок все в пыли...

Поняла!.. И выкопала сразу
Для него кленок с пластом земли.
Женщина улыбки скрыть не может:
- Ну, сынок, не пригодился ножик?
Вот какая техника у нас!
Ножиком копал бы целый час...

Начали перевозить дома,
Улица поехала сама...
Чтобы море их не затопило,
Хаты повезли из-под горы...

Целый день жужжат в станице пилы
И стучат, как дятлы, топоры.
Это тешут новые крылечки,
Строят клуб и ясли для ребят...

Дом везут, не разбирая печки.
Стёкла тонко, весело звенят.
Сколько радости у ребятишек!
Вот опять проехал чей-то дом.
Рыжий кот спокойно спит на крыше,
Снится Ваське блюдце с молоком.

Лает Шарикг маленький, лохматый.
Ничего не понимает пёс:
Встретил он свою родную хату, —
Едет хата, как соломы воз!
Ведь про это в сказках говорится,
А у них на улицах творится.
Не избушка на куриных ножках
Повернулась передом сама, —
С печками, с цветами на окошках
Повернулись к морю все дома.
У Мишутки даже адрес новый:
Раньше жил на пыльной Хуторской,
А теперь живёт он на Садовой,
На углу Садовой и Морской.
Хата их на том же косогоре,
С тем же низким, маленьким крыльцом.
Но она спиной стояла к морю,
А теперь повёрнута лицом.

Тракториста бабушка, просила:
— Ты нам не разбей окошек, милый.
Ты не рви, тихонечко тащи... —
Тот сказал, что будет всё в порядке,
Повернул, не пролил воду в кадке
И не расплескал мясные щи.

В январе, как запрудили Дон,
Стал по снегу разливаться он.
Моря все нетерпеливо ждали,
Утром выбегали на откос.

И оно пришло из дальней дали,
На снегу, темнея, разлилось.
Но воды сначала было мало,
И она текла и замерзала.

Как на лужице, хрустел ледок.
Лёд раздавишь — не замочишь ног.
И Мишутка с конюхом Кузьмой
Возле моря встретились зимой.
Рад Мишутка, но обеспокоен:
— Ишь ты, море мелкое какое!
Из него торчит сухое сено!
Посмотри-ка, дяденька Кузьма:
В нём воды телятам по колено!..
Зря перевезли наверх дома.
Больше-то оно не разольётся? —
А Кузьма смеётся: — Погоди,
Это только присказкой зовётся,
Ну, а сказка будет впереди.

И пришло к степной станице вскоре
Настоящее, живое море.
Разлилось — что не окинуть взглядом.
Зашумело, заплескалось рядом.
Море голубое, молодое
Напоило досыта водою.
Кони пьют её, свою морскую, —
Волжскую, московскую, донскую.
Пьёт её усатая пшеница,
У степного моря золотится.
Смотрят в воду, окуная ветки,
Новые деревья-малолетки.
Говорят — а может, в самом деле, —
У ребят глаза поголубели.

Как-то раз, один оставшись в хате,
Повернул Мишутка выключатель,
Повернул тихонько, на авось, —
И, сверкая, солнышко зажглось.
Он открыл на улицу окно —
Там светло, хоть собирай иголки.
Будто в праздник, всё освещено
В хатах у Тараса и Николки...

Будто город, светится станица,
В море каждый огонёк двоится...
Ну каких чудес на свете нет, —
К их станице подключили свет!

Этой ночью не спалось ребятам,
И Мишутка тоже спать не мог.
Квакала лягушка где-то рядом,
В море громко заревел гудок...

А ещё попозже, на рассвете,
Засвистел морской сердитый ветер,
Загудел, акации ломая,
Лодку стукнул о морской причал
И, впервые бурю подымая,
Море молодое раскачал.

Молнии сверкали над волнами,
И гремели волны всё сильней,
И неслись по морю табунами
Белогривых сказочных коней...

А коней Мишутка не боится.
Вспрыгнуть бы, за гриву ухватиться
И скакать бы на таком коне
Далеко, по всей родной стране!

Мчаться бы, держа его за гриву,
Подгоняя весело рукой,
Морем рассердившимся, бурливым,
Доном, полноводною рекой.

Видеть степь, широкую такую,
Где шумел один ковыль седой,
Землю сталинградскую, донскую,
Напоённую живой водой.

Суховей её не тронет летом,
И она, вздохнувшая, цветёт...
Так по мудрым ленинским заветам
Этот край преобразил народ.

В сине море солнышко садится,
Чубчик у Мишутки золотится.
Мальчик сел на тёплый бережок.
Напились и выкупались кони.

Бабушка гусей колхозных гонит.
Кто-то в море бакены зажёг.
На плетне у моря сохнут сети.
Чайки кружатся над головой.

То степной полынью пахнет ветер,
То морской неведомой травой.
И впервые свежестью лесной
Пахнет лес, посаженный весной.

Хорошо у моря в час заката!
В лодке возвращаются ребята.
На корме трепещет красный флаг.
И сидит в тельняшке полосатой
Возле моря маленький казак.

Помогал он матери в бригаде,
Гусениц искал на винограде.
А потом за ним зашёл Тарас,
И они купались восемь раз.

А потом большой мочалкой банной
В тёплом море мыли жеребят...
В коня колхозного Буяна
Сын растёт, зовут его Булат...

А давно ль Мишутка на Буяне
Мчался степью в утреннем тумане,
Где теперь уже морское дно...
Разве это было так давно?

Он тогда в степи на ближней трассе
Увидал впервые тихий Дон.
А теперь Мишутка в третьем классе,
И, на радость бабушке Настасье,
Пионером стал недавно он.
Ведь его теперь учитель хвалит,
На экскурсию в Москву возьмёт...

Скоро к новой пристани причалит
Белый пассажирский теплоход.
Скоро не во сне, а наяву
Он Мишутку повезёт в Москву.

Мальчику наказ ребята дали —
Передать в Москве от них привет
Тем, кому они письмо писали,
Всем, кто море им прислал в ответ.

В синем море у степной станицы
Лунная дорожка серебрится.
Подошли к Мишутке рыбаки.
Он потрогал щуку у Николки:
Заплыла она сюда из Волги
Или, может, из Москвы-реки?

Все друзья, все ребятишки в сборе.
Неохота уходить от моря...
Море им подарено и лес, —
Даже в сказках нет таких чудес!