Вскоре слух о гоблинах-воришках дошел и до деревни Чирикалки, которая находилась на окраине Страны эльфов. Деревенский голова Чик был очень умный малый. Он сразу смекнул, что гоблины рано или поздно явятся в его деревню, и начал ломать голову: как бы их перехитрить? Не такой уж богатой была Чирикалка, чтобы за просто так отдавать каким-то воришкам десять золотых монет.
И вот, в один прекрасный день, на деревенской улице появились два незнакомых гоблина. Они шли, сгибаясь под тяжестью мешка, почти до краев набитого золотом. Гоблины дошли до центральной площади и остановились. Шалтай достал трубу и громко затрубил. А когда на площадь сбежалась толпа, Болтай сурово сдвинул брови и выкрикнул:
— Где деревенский голова?
— На месте! — отозвался Чик и шагнул вперед.
— К утру соберешь со своих односельчан десять золотых монет, — скомандовал Болтай. — Иначе всех тут заколдуем.
— И устрой нас на ночлег в какое-нибудь уютное местечко, — добавил Шалтай.
— Пойдемте, я отведу вас в домик для гостей, — ответил Чик и пригласил гоблинов следовать за собой.

Вскоре они подошли к маленькому и уютному домику-мухомору, места в котором было ровно на двоих. Рядом с домиком находился птичник, из которого доносилось странное бормотание.
— Кто у вас там? — удивленно спросили гоблины.
— Хищные птицы — гоблиноглоты, — беззаботно ответил Чик. — Но вам бояться нечего, они надежно заперты.
Гоблины никогда раньше не слышали о гоблиноглотах и сильно перепугались.
— А… какие они? — осторожно спросил Шалтай.
— Сейчас покажу, — ответил Чик и двинулся к двери птичника, словно собираясь ее открыть.
— Нет, нет! — наперебой заголосили гоблины. — Не хотим их видеть! Они так странно бормочут! Что они говорят?
— Просто твердят: «Глотай гоблинов, глотай гоблинов», — ответил Чик. — Разве вы не слышите?
Гоблины прислушались. Да, без сомнения, бормотание походило на эти слова. Какой ужас!
— Ты уверен, что они надежно заперты? — поежились гоблины.
— Вполне, — сказал Чик. — Заходите в домик, дорогие гоблины, устраивайтесь поудобнее. Сейчас я прикажу, чтобы вам прислали ужин, а сам пойду собирать золото. Надеюсь, это займет немного времени.
Гоблины забежали в домик-мухомор и вздохнули с облегчением, только запершись изнутри на засов — не очень-то приятно ночевать по соседству с гоблиноглотами, но за запертой дверью опасаться нечего.

Вскоре гоблинам принесли поесть. Они осторожно приоткрыли дверь, забрали ужин и съели весь без остатка. Чика не было еще долго, и гоблины задремали. Почти в полночь раздался стук в дверь.
— Поздновато явился, — хмуро сказал Болтай.
— Понимаю, — сказал Чик. — Но деревня у нас бедная, и деньги пришлось по грошам собирать.
Гоблины принялись развязывать свой мешок, чтобы положить туда деньги, как вдруг с улицы донеслось страшное бормотание:
— Гло-гло-тай го-го-гобл… Гло-гло-тай го-го-гобл…
— Это гоблиноглоты! — воскликнул Чик. — Они вырвались на волю! Бегите, гоблины! Спасайтесь, пока целы! Они вас проглотят!
— Гло-гло-тай го-го-гобл… Гло-гло-тай го-го-гобл… — бормотали, приближаясь, свирепые голоса.
Гоблины выскочили на улицу и увидели в тусклом свете луны, что на них надвигается стая странных существ, бормочащих:
— Гло-гло-тай го-го-гобл… Гло-гло-тай го-го-гобл…
И гоблины, с воплями ужаса, бросились бежать. Так они и неслись без оглядки до самой Страны гоблинов. В Страну эльфов они с тех пор и не думали возвращаться.

Когда гоблины убрались восвояси, Чик усмехнулся, зажег фонарь и осветил подступившую к домику-мухомору стаю гоблиноглотов.
— Сюда, мои индюки, сюда! — позвал он.
— Побегали — и хватит. Пора спать.
— Гло-гло-тай го-го-гобл… Гло-гло-тай го-го-гобл… — забормотали индюки, семеня за своим хозяином.
Чик загнал их в птичник, закрыл дверь на щеколду и, насвистывая себе под нос, отправился домой. А наутро он созвал всех жителей Чирикалки и рассказал, как гоблины-воришки испугались его индюков. Как же хохотали эльфы — чуть животы от смеха не надорвали!
— А вот и золото, которое награбили гоблины, — сказал Чик, развязывая тяжелый мешок. — Давайте разошлем его всем тем, кого ограбили, только сперва заберем свои десять золотых.
Так они и поступили. До чего же обрадовались жители ограбленных деревень! Слава о хитроумной проделке Чика разнеслась по всем деревням и городам, и вскоре Чика выбрали новым королем Страны эльфов.
— Ура умнику Чику! — кричали эльфы, когда Чику надевали корону. — Трижды ура его гоблиноглотам!
А индюки Чика, которых тоже пригласили на церемонию коронации, восторженно вытягивали свои длинные шеи и радостно верещали:
— Гло-гло-тай го-го-гобл… Гло-гло-тай го-го-гобл…

Добежав до дому, они от нетерпения чуть не снесли входную дверь, ворвались внутрь и водрузили коробку на стол. Откинув крышку, гномы уставились на перья желаний, которых там было несколько дюжин.
Знаете, как выглядят перья желаний? Снизу они розовые, посередине зеленые, а на кончике ярко-серебристые — и к тому же пахнут вишневым пирогом, — так что с обычными их не спутаешь.
Так вот, в коробке лежали розово-зеленосеребристые перья, которые пахли даже лучше вишневого пирога. Гномы довольно долго на них глазели, и наконец Мигун взял из коробки первое перо.

— Хочу вкусный горячий пудинг с патокой! — воскликнул он, взмахнув пером. Перо тут же вырвалось из его руки и упорхнуло в окно, а вместо него в комнату влетело большое блюдо, на котором дымился горячий пудинг с густой патокой. К несчастью, Путаник стоял у окна, и блюдо врезалось ему в голову: «Бамс!» Пудинг шлепнулся на пол, а горячая патока потекла Путанику за шиворот.
— Ой! Ай! Ой! — заверещал Путаник.
— Ах ты, голова дубовая! — в гневе крикнул Мигун, разглядывая то, что осталось от пудинга. — Чего ты лезешь, куда не следует? Ну, точно, Путаник — путаешься под ногами и впутываешься в истории…
— А ты — злобный индюк! — рассвирепел Путаник. — Надо было предупредить, что пудинг в окно влетит! О-о-о! Хотел бы я, чтобы вся эта патока стекла за шиворот тебе, а не мне!
Как только Путаник это сказал, из коробки выпорхнуло следующее перо. Вся патока у Путаника из-за шиворота исчезла и тут же потекла по шее Мигуна. Как же он завизжал!

— Ненавижу тебя! — кричал он на Путаника, пытаясь счистить с себя патоку. — Чтобы ты в лягушку превратился! Чтобы за тобой утка гналась!
Тут в окно выпорхнуло следующее перышко, и — о ужас! — Путаник исчез, а вместо него на полу появилась большая зеленая лягушка и злобно заквакала голосом самого Путаника. Рядом, словно из воздуха, появилась большая белая утка и хищно уставилась на лягушку.
— Кряк, кряк! — возбужденно закрякала она и погнала лягушку по всей комнате.
Мигун рассмеялся так, что из глаз его брызнули слезы, потекли по щекам и смешались с горячей патокой.
— Ква! Ни-ква-гда тебя не прощу, — возмущенно проквакал Путаник. — Превратился бы ты в ква-ква-нарейку, да чтобы тебя кошка гоняла!
Ну и ну! Бедный Мигун немедленно исчез, а на его месте возникла ярко-желтая канарейка, чуть крупнее обычной. Позади нее появилась большая полосатая кошка и, увидев канарейку, возбужденно замяукала: «Мяу, мяу!». Ну и суматоха тут началась! Путаник, все еще в виде лягушки, пытался удрать от утки, а канарейка-Мигун — упорхнуть от хищной кошки. От всей этой погони у гномов дыхание сперло — тут уж было не до желаний. Страшно подумать, чем все могло закончиться, если бы кошка вдруг не заметила утку.
— Мяу-у-у! — взвыла она и бросилась на птицу. С испуганным кряканьем белая утка выскочила в приоткрытую дверь, а кошка ринулась за ней. Переступив через порог, обе они превратились в облачка дыма и растворились в воздухе. Чудеса!

Лягушка и канарейка переглянулись.
— Хочу, чтобы мы опять стали гномами, — еле слышно произнес Путаник. Лягушка и канарейка сейчас же исчезли, а на их месте появились два гнома, изумленно разглядывающих друг друга.
— Хватит злиться, Путаник, — примирительно сказал Мигун. — Так мы без толку все волшебные перья истратим.
— Тогда давай пожелаем что-нибудь хорошее, — предложил Путаник. — Как насчет большой и доброй сторожевой собаки? Мы о ней давно мечтали.
— Хорошо, — согласился Мигун. — Пожелаем себе большую черно-белую собаку.
— Ну… я бы хотел рыже-белую, — замялся Путаник. — Мне такие больше нравятся.
— А мне — черно-белые, — упрямо заявил Мигун. — Хочу черно-белую собаку!

Перед гномами тут же возник большой черно-белый пес и дружелюбно завилял хвостом.
— Хочу, чтобы пес стал рыже-белым! — тут же заявил Путаник, недобро сверля глазами своего друга.
Собака послушно стала рыже-белой. Мигун пришел в ярость.
— Хочу черно-белую! — завопил он.
Собака растерянно поглядела на гномов и снова изменила цвет.
— Ну хватит, давай без глупостей, — сказал Путаник, стараясь не выходить из себя. — Говорю же тебе, Мигун, рыже-белая собака гораздо симпатичнее. Хочу…
— Хватит! — рассвирепел Мигун. — Собака — моя! И я не хочу, чтобы ты менял ее цвет! Желай свою собственную собаку какого угодно цвета, а мою не трогай!
— Хочу рыже-белую собаку, — произнес Путаник, и в комнату сейчас же вбежал еще один, рыже-белый пес, дружелюбно виляя хвостом.
Но стоило собакам увидеть друг друга, как они оскалили зубы и свирепо зарычали: «Р-р-р!»
И через секунду по комнате покатился черно-рыже-белый рычащий клубок.
— Оттащи своего гадкого пса! — заорал Путаник Мигуну. — Он кусает моего! Ай! Ай! Смотри, что творит!
— Мой пес знает, что делает! — самодовольно заявил Мигун. — Он тут первый появился и теперь охраняет свой дом от чужаков. Хороший песик!
— Плохой! Плохой! — завопил Путаник. — Убери его сейчас же, Мигун! Смотри, он кусает моего за хвост!
— И правильно, — ухмыльнулся Мигун. — Я же сказал — у меня злой сторожевой пес. Скажи своей собачонке, чтоб убралась отсюда, и никто ее кусать не будет.
— Собачонке?!! — вскричал Путаник, снова выходя из себя. — Да у моей собаки ничуть не меньше прав здесь находиться, чем у твоей! Это наш общий дом, и моя собака будет жить здесь, раз я так хочу! Ой, смотри — твой пес перекусил моему ошейник!
Тут Путаник впал в такую ярость, что подскочил к собаке Мигуна и грозно на нее замахнулся. Пес сейчас же обернулся, оскалил зубы и попытался тяпнуть Путаника за руку. Гном едва успел отскочить и в панике забегал по комнате. Пес подумал, что это такая игра, и стал за ним гоняться. До чего же Путаник струхнул!
— Убери его, убери! — завизжал он.
Но Мигун опрокинулся на диван и стал покатываться со смеху.
— Вот умора… — стонал он. — Никогда не видел ничего смешнее…
— Ах так! — крикнул Путаник. — Чтоб мой пес тебя покусал!
На этот раз удирать пришлось Мигуну, потому что рыже-белый пес бросился на него, оскалив острые зубы. Мигун опрометью выскочил из домика, но рыже-белый пес погнался за ним. Следом вылетел Путаник, которого норовила тяпнуть за ногу чернобелая собака.
— О-о-о! — вдруг завопил Мигун, потрясая укушенной рукой.
— А-а-а! — подхватил Путаник, припадая на укушенную ногу. — Хочу чтобы собаки исчезли! И перья желаний тоже! От них одни неприятности!

В мгновение ока собаки исчезли, а коробка поднялась в воздух и полетела обратно к Зеленому колдуну, который ее потерял.
Два гнома замерли, глядя друг на друга. Мигун потирал укушенную руку, а Путаник — ногу.
— Собаки исчезли, а укусы остались, — сказал Путаник. — Надо было пожелать, чтобы укусы прошли… И перьев теперь нет…
— Ну их, эти перья. Не принесли они нам добра, — отмахнулся Мигун. — Пойдем, дружище, замажем укусы зеленкой. Вели мы себя прескверно, вот и получили по заслугам. Эх, если бы я снова нашел перья желаний, то распорядился бы ими не так глупо! А ты?
— Спрашиваешь! — хромая, подхватил Путаник. — Я бы лучше кошку себе завел…

Сомневаюсь, что они когда-нибудь найдут что-нибудь подобное. А вам как кажется?

Однажды прекрасным летним днём гном Большеух ехал по лесной дорожке на своём красном велосипеде. Он бодро крутил педали, напевал песенки и вертел головой из стороны в сторону, рассматривая птичек, зверюшек, ягоды и цветочки. И вдруг…
БУМ!!!
Велосипед Большеуха врезался в кого-то так, что этот кто-то упал на землю. Сверху на кого-то свалился Большеух, а на Большеуха сверху — красный велосипед.
— Ой! — крикнул Большеух.
— Ой! — крикнул кто-то.
Оба пострадавших уставились друг на друга, потирая ушибленные места.
— Ну и ну! — удивился Большеух, разглядывая удивительного незнакомца. — Какой ты странный! Кто ты такой? Как тебя зовут? Может быть, ты эльф? Или, может быть, гном? Или лесовик?
— Нет! — ответил незнакомец и кивнул головой.
— А может быть, ты игрушка? — спросил Большеух.
— Нет! — сказал удивительный незнакомец и снова кивнул.
— Странно! А почему ты всё время киваешь головой — даже когда говоришь «нет»? — поинтересовался Большеух.

— Потому что я кивающий человечек, — ответил незнакомец. — Моя голова приделана к шее так, что я всегда киваю, когда разговариваю. И не важно, говорю ли я при этом «нет», «но», «да» или «и». Тс-с-с-с! Слышишь? Что это за звук? Похоже, к нам кто-то крадётся! Наверное, он меня выследил и вот-вот догонит…

— Ну что ты! — успокоил человечка Большеух. — Это всего лишь шуршит мышка-полёвка. Она несёт в норку сухие колоски. А почему ты так испугался?
— Потому что я сбежал из мастерской старого плотника, который выстругал меня из деревяшки, — сказал кивающий человечек.
— Правда? Как же это ему удалось? — заинтересовался Большеух.
— Он сделал меня из дерева — сначала ноги, потом руки, потом туловище, потом голову и ещё шею, чтобы соединить голову и туловище, — объяснил деревянный человечек.
— А потом он приделал к туловищу руки и ноги, так? — подхватил Большеух. — А ещё у тебя очень симпатичные глазки и волосы. Из чего они сделаны?
— Глаза плотник сделал мне из синих стеклянных пуговиц. Правда, красивые? А волосы у меня кошачьи. У плотника в мастерской живёт большой пушистый кот, у него мастер и одолжил немножко шёрстки для меня.
— А почему ты убежал от плотника? — спросил Большеух, поднимая с земли велосипед.

— Потому что мне было очень скучно и очень одиноко, — вздохнул деревянный человечек. — Кроме того, вчера плотник решил вырезать из дерева льва, а я очень боюсь хищных зверей. И тогда я решил отправиться на поиски других деревянных человечков. Ты не знаешь, где их найти?
Большеух задумчиво почесал в затылке и ответил:
— Я не знаю, где живут деревянные человечки. Но я дам тебе совет. Я думаю, тебе лучше всего отправиться в Игрушечную страну. Ты не эльф, не гном и не лесовик, поэтому я не могу пригласить тебя с собой. Я не знаю, примут ли тебя игрушки, но мне кажется, что ты всё-таки больше похож на игрушку, чем на лесных жителей.
— Но я не знаю, как пройти в Игрушечную страну, — сказал человечек, печально кивая головой.
— Зато я знаю! — утешил его Большеух. — Если хочешь, я подвезу тебя. Садись на багажник моего велосипеда и держись покрепче. Мы в два счёта домчимся до станции и сядем на поезд, который отвезёт нас в Игрушечную страну.
Деревянный человечек уселся на багажник, а Большеух вскочил на сиденье и поехал так быстро, что его пассажир от страха вцепился ему в мохнатые оттопыренные уши.
— Эй, ты! — закричал Большеух. — Оставь мои уши в покое! — Он притормозил, оглянулся назад и проворчал: — Так дело не пойдёт! Не могу же я в самом деле звать тебя «Эй, ты!». Скажи, как тебя зовут?
— Не знаю, — грустно кивнул человечек. — Плотник не успел придумать мне имя. А как ты думаешь, какое имя могло бы мне подойти?
Большеух задумался.

— Имя нужно для того, чтобы тебя не могли ни с кем перепутать. Меня, например, зовут Большеух — потому что у меня большие острые уши. Давай подумаем, чем ты отличаешься от всех остальных.
С этими словами гном слез с велосипеда, уселся на пригорок, обхватил уши руками и принялся думать. Человечек тоже сел рядом с ним. Так они сидели и думали три минуты, потом ещё две минуты и потом ещё одну минуту. Наконец Большеух закричал:

— Придумал! Придумал! Ты не похож ни на кого потому, что ты всё время киваешь, не важно, говоришь ты при этом «нет», «но», «да» или «и». Так вот, если взять по одной букве у каждого из этих слов, то получится «НОДИ». Но всё-таки слово «да» из них — самое важное, поэтому букву «д» нужно удвоить. И тогда выйдет «НОДДИ». Ну как? Такое имя тебе нравится?
— Очень нравится! — радостно закивал человечек. — Хорошее имя, а главное, редкое! Спасибо, тебе, Большеух. Я согласен, чтобы меня звали Нодди. А что это за свист и пыхтение доносятся оттуда, из-за пригорка?
— Это поезд, который идёт в Игрушечную страну! — крикнул гном, вскакивая на велосипед. — Скорей, Нодди, а то мы опоздаем на станцию!
Друзья скатились с пригорка и вмиг очутились на перроне. Через минуту, фыркая и пыхтя, подошёл игрушечный паровоз. К нему были прицеплены разноцветные вагончики. Кондуктор в форменной фуражке поднял жезл и громко объявил:
— Внимание! Начинается посадка на поезд! Через пять минут поезд отправляется в Игрушечную страну!

2. Путешествие по Игрушечной стране

Это был очень хорошенький игрушечный поезд. У него были яркие разноцветные деревянные вагончики, а паровозик был красный с синей трубой и жёлтыми колёсами. А сколько в поезде ехало пассажиров! Вагончики были битком набиты разными игрушками.
— Скорей, поезд уже отходит! — крикнул Большеух.
Он влез в вагончик и втащил туда сначала Нодди, а потом свой красный велосипед. В вагоне ехали две куклы, деревянный солдатик и розовая плюшевая кошка.
— Ай! Вы отдавили мне ногу! — крикнула одна из кукол.
— Вы наступили мне на хвост! — сердито прошипела кошка.
— Простите, мы не нарочно, — попросил прощения Большеух. — Если вы, уважаемая кукла, немного подвинетесь, а вы, почтенная кошка, уберёте с дороги свой хвост, то мы сможем сесть. Садись, Нодди!

Нодди, кивая, уселся на сиденье и стал разглядывать попутчиков своими ярко-синими пуговичными глазами.
— Что это он у вас всё время кивает? — недовольно спросил деревянный солдатик. — Послушай, приятель-гном, вели ему держать голову прямо, как положено по уставу. И кто это вообще такой? Как его зовут?
— Его зовут Нодди, — ответил Большеух. — Я встретил его в лесу и решил отвезти в Игрушечную страну. Я, конечно, не уверен, что Нодди — игрушка, но ведь надо же ему где-то жить. Мне кажется, что Игрушечная страна — самое подходящее для него место.
— Похоже, он позабыл одеться, перед тем как утром выйти из дома, — ехидно улыбнулась одна из кукол.
— Нет, я не забыл, — кивнул Нодди. — Мне просто нечего было надеть. Плотник не успел сделать мне одежду. Он только вырезал мне из дерева туловище, голову, руки, ноги и шею.
— Когда мы доберёмся до Игрушечной страны, мы найдём тебе какую-нибудь одежду. У нас не принято разгуливать голышом: во-первых, это некрасиво, а во-вторых, ты можешь простудиться или заболеть, — произнёс озадаченный Большеух.
Тут раздался лязг и скрежет, поезд резко затормозил, и Нодди быстро закивал головой — вверх-вниз, вверх-вниз. Путешественники въехали в Игрушечную страну, и поезд остановился на первой станции. Пассажиры стали выходить на перрон.
— Это станция Обезьянья, — объяснил Большеух. — Смотри, сколько здесь игрушечных обезьян! Они ходят по улицам, сидят на лавочках, играют в мяч.
Действительно на улицах города и на перроне было множество обезьян. Трое из них, отчаянно толкаясь, влезли в вагон, где ехали Большеух и Нодди.

— Вы наступили мне на хвост! — завизжала кошка.
— Ну и что? Подумаешь, какая важность! И вообще, хвост нужно прятать, а не раскладывать его прямо на проходе! — крикнула невоспитанная обезьянка. — Эй, солдат, подвинься и освободи нам местечко!
— А это что за кивающая деревяшка?
— Меня зовут Нодди! — ответил деревянный человечек. — Я первый раз в Игрушечной стране.
Паровоз дал свисток, и поезд тронулся.

— Следующая станция — Лошадиная. Там живут деревянные лошадки, — объяснил Большеух. — Они никогда не ездят на поезде, потому что могут и без поезда доскакать куда угодно.
Нодди очень понравились деревянные лошадки, особенно те, у которых к копытам были приделаны полозья, чтобы они могли качаться взад-вперёд.
— Мне кажется, что эти кони-качалки чем-то похожи на меня. Я киваю — вверх-вниз, а они качаются — взад-вперёд, — сказал он.
— Здорово! — восхитилась обезьянка. — Теперь мы так и будем их звать — «кони-качалки»!
— А какая следующая станция? — спросил Нодди.
— Мышиная, — облизнувшись, промурлыкала розовая кошка. — На этой станции живут заводные мышки. Пусть только попробует какая-нибудь мышь сесть в наш вагон! Я задам ей такую трёпку, что из неё только винтики и шпунтики полетят!
На станции Мышиная в поезд зашли всего две мышки, но, разумеется, ни одна из них не посмела сесть в их вагон. А кошка сошла на следующей станции, которая называлась Кошачья.
— Счастливого пути! — крикнул ей деревянный солдатик. — Наконец-то твой хвост не будет путаться у нас под ногами!
— А какая станция моя? — прошептал Нодди на ухо Большеуху. — Может быть, в Игрушечной стране есть станция Кивающих деревянных человечков?

— Нет такой станции, — ответил Большеух. — Поэтому мы с тобой выйдем на ближайшей остановке. Это станция Игрушечный город — столица Игрушечной страны. Вот мы и приехали! Всем счастливого пути!
Большеух с Нодди сошли с поезда и очутились в Игрушечном городе.

3. Игрушечный город

На станции Игрушечный город царила весёлая толчея. Игрушечные носильщики сновали взад-вперёд со своими тележками, куклы торопились к поезду, игрушечные звери толпились на перроне. Большой надувной мяч чуть не сбил Нодди с ног, и деревянный человечек испуганно вцепился в кафтан Большеуха.
— Ещё и мяч тут! — сердито проворчал гном. — Ему-то что здесь надо! Он никогда не ездит на поезде, потому что прыгает быстрее, чем самый быстрый паровоз. Смотри, смотри — вот он уже допрыгал до края платформы!
Нодди загляделся на мяч и не заметил, что по платформе изо всех сил неслась юла, которая страшно опаздывала на поезд! Она так спешила, что натолкнулась на Нодди, сбила его с ног и, даже не извинившись, влетела в вагон. Едва она устроилась там и перестала вертеться, как паровоз громко свистнул, и поезд отъехал от станции.
Нодди поднялся, отряхивая пыль с коленок. Он огляделся вокруг и сказал, грустно кивая головой:
— Где бы мне раздобыть хоть немножко одежды, Большеух? Все вокруг одеты в красивые платьица и костюмчики. Куклы носят хорошенькие шляпки, и даже у плюшевых мишек на шее повязаны разноцветные атласные ленточки. Один я разгуливаю голышом. Мне нужно как можно скорее одеться!
— Ну что же, давай купим тебе одежду, — ответил Большеух. — Главное, чтобы она была подходящего размера и фасона. Уважаемый плюшевый мишка, не подскажете, где здесь продаётся кукольная одежда?
— Идите прямо по этой улице, а потом поверните за угол и сразу увидите игрушечный универсальный магазин. Но, пожалуй, вам лучше пойти на рынок. Там всё гораздо дешевле, чем в магазинах.
Друзья послушались доброго совета и отправились на рынок. Там было шумно, весело и оживлённо. Громко дудели кукольные автобусы и машинки. Зайчики, мишки и лисята разъезжали на кукольных велосипедах и мотоциклах. Слышались крики продавцов, которые расхваливали свой товар.

— Ну, дружок, выбирай, во что ты хочешь одеться, — сказал Большеух.
Ему всё больше нравился смешной кивающий человечек, и он очень хотел помочь своему новому приятелю. Поэтому добрый гном добавил:

— О деньгах не беспокойся, я тебе одолжу, сколько потребуется.
— А что такое деньги и откуда их берут? — спросил Нодди.
— Деньги — это такие жёлтые металлические кружочки. Если ты как следует потрудишься, то получишь за работу деньги, которые надо спрятать в кошелёк, а кошелёк положить в карман. А потом можно отправиться в магазин или на рынок и купить на деньги всё, что тебе нужно.
— Как только у меня будет одежда, я сразу начну трудиться и получать деньги. Не волнуйся, дорогой Большеух, я сильный и ловкий, я смогу заработать много жёлтых кружочков. Поэтому тебе не придётся долго ждать, пока я верну тебе долг.

— Молодец, Нодди! Ой, смотри скорее, какие симпатичные красные башмачки с синими шнурками! Хочешь, купим их? — спросил Большеух, остановившись напротив обувного прилавка. — У них толстая подошва, так что они отлично будут сидеть на твоих крепких деревянных ногах. А ну-ка померь их!
Нодди надел красные ботинки, завязал синие шнурки и радостно воскликнул:
— Ни малы, ни велики! Точь-в-точь мой размер!

Большеух заплатил за башмачки, и приятели двинулись дальше. У следующего прилавка они купили ярко-синие штаны с широкими штанинами. Нодди они так понравились, что он даже лишился дара речи и только восторженно кивал головой.
— Ну вот, теперь ты становишься похож на приличную игрушку! — довольно сказал Большеух. — Осталось купить тебе рубашку. Думаю, вот эта красная подойдёт, правда?
Нодди нарядился в красную рубашку, к которой были куплены жёлтый пояс и жёлтый галстук. Большеух с трудом увёл его от зеркала: деревянный человечек никак не мог наглядеться на своё отражение.
— Неужели это я? Просто не верится! — приговаривал он, радостно качая головой и поворачиваясь то вправо, то влево.
— Боюсь, что денег на пальто у нас не хватит, — озабоченно пробормотал Большеух, заглянув в кошелёк. — Но шляпу мы всё-таки тебе купим. Вон там шляпный прилавок. Какая тебе нравится, Нодди?
— Я хочу вот эту! — И Нодди показал пальцем на кружевной чепчик.

Большеух громко рассмеялся:
— Ну уж нет! Это носят девчонки, а ты мальчик. Если ты наденешь чепчик, тебя засмеют. Похоже, ты не слишком разбираешься в кукольных модах, дружище!
— Это правда, — смущённо сказал Нодди. — Я ещё только учусь. Пожалуйста, Большеух, выбери для меня что-нибудь подходящее!
— Я думаю, мы возьмём вот это! — решил Большеух и взял с прилавка синий колпачок, у которого вместо помпончика был приделан крошечный колокольчик. Нодди так понравился его серебристый звон, что он нарочно стал часто кивать головой, так что колокольчик звенел не переставая.
— Ну вот, наконец-то ты одет как следует, Нодди! — Большеух хлопнул его по плечу. — А теперь…

Но добрый гном не успел договорить. К друзьям подошёл полицейский, который уже давно подозрительно поглядывал на Нодди.
— Какой странный человечек! — сказал он. — Послушайте, уважаемый, вы уверены, что вы — игрушка?

— Да, я думаю, что я игрушка, — испуганно прошептал Нодди.
— А где доказательства? Вы должны предъявить доказательства, а иначе мне придётся выдворить вас из города. Это Игрушечный город, и здесь могут жить только игрушки!
— У меня нет доказательств, — жалобно сказал Нодди, — но я уверен, что я — игрушка. Я не гном, не эльф, не лесовик. Значит, мне самое место здесь, в Игрушечном городе. Не прогоняйте меня, пожалуйста!
Полицейский продолжал недоверчиво разглядывать человечка. Наконец он с сомнением произнёс:
— Похоже, ты, малыш, из тех, кого называют «безделушки». Знаешь, кто это такие? Это, например, фарфоровые танцовщицы, или гипсовые слоники, или кивающие собачки. Скажи, тебе никогда не доводилось стоять на книжном шкафу или на каминной доске?
— Нет, никогда, — пролепетал бедный Нодди.
— Мммм… А ты никогда не бывал в детской? И дети никогда не играли с тобой?
— Нет… — растерянно кивнул Нодди.
— Ну вот что, — решил полицейский. — Похоже, ты не безделушка и не игрушка, а вообще неизвестно кто. Я подам рапорт городским властям о том, что у нас в городе появилось НЕПОНЯТНОЕ ИЗДЕЛИЕ. Вечером тебе придётся явиться в суд, где будет слушаться твоё дело. Суд решит, кто ты такой и можно ли тебе оставаться среди игрушек!

4. Большеух придумывает план

Как только полицейский ушёл, Нодди схватил Большеуха за руку и испуганно зашептал:
— Что же теперь будет? Как же мне теперь быть?
От волнения он стал так сильно качать головой, что колокольчик на его островерхом колпачке громко зазвенел: дзинь-дзинь-дзинь!
Большеух как мог постарался утешить его.
— Не беспокойся! — сказал он. — Судьи конечно же признают тебя игрушкой и оставят в городе. Поэтому надо заранее позаботиться о жилье. Давай-ка найдём тебе дом. Думаю, что тебе подойдёт даже самый маленький домик — вроде тех кукольных, что стоят на другой стороне улицы. Пойдём посмотрим на них!
И они пошли. Дома были самые разные — большие и маленькие, двух- и одноэтажные. К некоторым домам были пристроены гаражи, а возле других были разбиты садики.
— Смотри, на всех окнах висят шторы, на подоконниках стоят цветы, — печально сказал Нодди. — Похоже, все домики заняты. Боюсь, что тут ни одного ничейного домика, в котором я бы мог поселиться.
Большеух позвонил в один дом, потом в другой, в третий. Везде ему открывали дверь куклы-мамы и куклы-папы, а за ними выглядывали куклы-детишки. Все домики действительно были заняты! Наконец они оказались у последнего дома. Они позвонили, и дверь открыл игрушечный морячок, который жил здесь со своей женой, большой фарфоровой куклой, и тремя детьми — розовыми резиновыми пупсами.

— Доброе утро, уважаемый сэр! — обратился к нему Большеух. — Не подскажете ли вы, нет ли где-нибудь поблизости пустого, ничейного дома, где мог бы поселиться мой друг — вот этот симпатичный кивающий человечек? Его бы устроило самое скромное жилище. Если нет дома, он бы согласился на гараж, на амбар или в крайнем случае на сарай. Лишь бы была крыша над головой, чтобы можно было переночевать. Верно, Нодди?
Деревянный человечек кивнул головой, и колокольчик у него на колпачке мелодично прозвенел: дзинь-дзинь!
Морячок почесал в затылке и сказал:
— Загляните на игрушечную ферму. Она здесь неподалёку. Там наверняка найдётся что-нибудь подходящее.

И Большеух с Нодди отправились на ферму. Они подошли к ограде, но открыть ворота и зайти не решились, испугавшись громкого лая собак, которые сторожили ферму.
— Похоже, мне так и не суждено найти себе дом, — вздохнул Нодди, печально кивая головой в островерхом колпачке. — Наверное, придётся пойти на станцию, сесть в поезд и вернуться к старому плотнику.
— Ни за что! — воскликнул Большеух. — Я тебя не отпущу. Послушай! У меня появилась замечательная идея! Мы сейчас пойдём на склад и возьмём там коробку с кубиками. А знаешь, зачем нам кубики? Кубики — это настоящие игрушечные кирпичики! Мы построим из них дом, где ты будешь жить.
— Это будет самый-самый настоящий игрушечный домик? — спросил Нодди.
— Конечно!
— И в нём будет дверь и будут окна?
— Да! Мы сделаем окошки, и дверь, и трубу на крыше!
Услышав это, Нодди подпрыгнул от радости.
— Ура! — крикнул он. — Давай скорей строить дом!
Друзья, взявшись за руки, поспешили к большому игрушечному складу, где хранились строительные материалы — кубики и конструкторы. Склад охранял деревянный солдат, который строго спросил нежданных посетителей:
— Кто вы такие? И что вам здесь нужно?
— Нам нужна коробка кубиков, чтобы построить дом для Нодди, потому что ему негде жить, — ответил Большеух.
— Какой дом вы хотите? Большой, средний или маленький? — осведомился солдат.

— Малышу Нодди подойдёт маленький дом, — ответил Большеух. — Там будет всего две комнаты — гостиная и спальня. И ещё кухня. И прихожая. Домик будет одноэтажный — на два этажа у нас не хватит денег.
— Я знаю, что вам нужно, — сказал солдат. — Возьмите эту коробку с конструктором. Видите, что на ней написано?
Большеух и Нодди хором прочитали:
— «Построй свой дом».
— Это самый маленький и самый дешёвый набор для самого крошечного игрушечного домика, — объяснил солдат.
— Хорошо! Выписывайте чек, а завтра я принесу вам деньги. Сегодня у меня не осталось ни гроша, потому что мы купили Нодди одежду, — сказал Большеух.
Солдат выписал чек и выдал друзьям коробку с конструктором. Большеух и Нодди с трудом подняли её и отправились искать место для дома.
Они шли и шли, пыхтя и отдуваясь, потому что коробка была очень тяжёлая. Наконец они оказались на хорошенькой зелёной тенистой улочке, вдоль которой стояли весёлые разноцветные домики.
— Смотри, Нодди! — вдруг воскликнул Большеух. — Видишь лужайку между этими двумя домами? Как раз местечко для нас! Здесь прекрасно поместится твой домик.
Приятели опустили коробку на землю и открыли крышку. Внутри было много разноцветных кубиков самой разной формы — прямоугольных, квадратных, треугольных.
— Та-а-а-ак… — задумчиво протянул Большеух. — Я лично никогда раньше не строил домов.
— Я тоже! — кивнул Нодди.
— Поэтому давай-ка сначала почитаем инструкцию, а потом примемся за дело. Ведь это ТАК ИНТЕРЕСНО — построить дом своими руками!

5. Нодди строит дом

Это действительно было интересно — строить дом своими руками, складывая его из кубиков. Правда, поначалу дело у Нодди не слишком ладилось.
— Давай прежде всего поставим крышу, — предложил он. — Тогда, если пойдёт дождь, мы не промокнем и будем делать пол и стены в тепле и сухости.
— Что за глупости! — засмеялся Большеух. — Как можно делать крышу, пока не готов пол и не построены стены? Начинать надо с самого начала! Смотри, вот кубики, из которых мы выложим пол. За работу!

Меньше чем за час пол был готов, и друзья принялись возводить стены. Это оказалось очень легко. Нодди так понравилось быть строителем, что он один сложил целую стену всего за пятнадцать минут!
— Дружок, ты позабыл оставить место для двери! — воскликнул Большеух. — Где же дверной проём? Как же ты собираешься заходить в дом, если у него не будет двери? Может, ты умеешь проходить сквозь стены? Впрочем, я зря смеюсь над тобой — я и сам хорош! Сложил стену, позабыв оставить место для окна!
Наконец стены были готовы — теперь в них имелись и дверной, и оконные проёмы. Большеух и Нодди полюбовались тем, что они сделали своими руками, а потом гном сказал:

— Ну, теперь пора приниматься за крышу! Давай-ка дружно возьмёмся, раз-два!
Друзья подняли красную крышу и водрузили её на стены. Отдышавшись, Нодди спросил:
— А как же мы поставим наверх трубу? Чтобы залезть на крышу, нужна лестница! Где нам её взять?
— Давай-ка попробуем постучать в этот хорошенький домик напротив, — предложил Большеух. — Во-первых, узнаем, кто там живёт, и познакомимся с твоим соседом. А во-вторых, у него, может быть, найдётся лестница.
На стук Большеуха дверь открыл большой плюшевый медведь.
— Меня зовут мистер Табби, — басовитым голосом представился он. — А вы кто такие? Зачем вы стучали в мою дверь?
— Добрый день, мистер Табби! — вежливо ответил Большеух. — Мы строим дом для моего друга Нодди, который будет вашим соседом. Мы почти закончили строительство, нам осталось только установить трубу. Не найдётся у вас надёжной лестницы, чтобы мы могли подняться на крышу?
— Конечно, найдётся, — ответил мистер Табби. — Я охотно одолжу вам её и сам помогу установить трубу. Я — большой мастер по установке труб!
Мишка достал из своего чулана деревянную лесенку, приставил её к стене дома и полез на крышу. Добравшись до самого верха, он крикнул:
— А ну-ка, почтенный гном, подайте мне трубу! А вы, уважаемый Нодди, покрепче держите лестницу!
Мистер Табби закрепил трубу на крыше, а потом помог друзьям вставить два окна и дверь.

— Ну вот, — удовлетворённо сказал мишка, оглядывая готовый дом. — По-моему, получилось очень красиво! — С этими словами он наступил Нодди на ногу. — Ой! Простите, дорогой сосед! Я, наверное, сделал вам больно?
Нодди часто закивал головой, и медведь очень расстроился. Он решил, что сильно отдавил ногу маленькому деревянному человечку. Мистер Табби не знал, что его новый сосед всегда кивает головой. Поэтому, чтобы загладить свою вину, он пригласил обоих друзей к себе:
— Заходите ко мне на чашку чая! Заодно и познакомимся поближе!
Большеух и Нодди с радостью приняли приглашение.

6. Чаепитие у мистера Табби

Мистер Табби жил в большом двухэтажном доме. Внизу была просторная гостиная, а наверху — несколько комнат. На второй этаж вела широкая лестница. Прямо возле неё была небольшая аккуратная ванная комната.
— Хотите помыть руки? — спросил гостей мистер Табби.
Нодди зашёл в ванную и удивлённо огляделся. Он никогда не видел ничего подобного.
— А что это такое — гладкое и белое? — спросил он, показывая на ванну.
Большеух терпеливо объяснил:
— Это называется ванна. Сюда надо налить тёплую воду, а потом залезть самому и как следует вымыться с мылом. Это очень приятно и полезно.
— Но, если я залезу в тёплую воду и начну мыться с мылом, моя хорошенькая новая одежда испортится! — сказал Нодди, недовольно кивая головой.
Мистер Табби и Большеух громко расхохотались.
— Ну, разумеется, сначала надо снять с себя одежду! — воскликнул гном.

Гости помыли руки, а потом мистер Табби проводил их в гостиную и познакомил со своей женой — миссис Фиби. Она была такая же большая и плюшевая, как он, и симпатично одета: на ней были красная бархатная юбочка и шерстяной зелёный платок. Мистер Табби тоже принарядился к чаепитию — он надел свои парадные жёлтые брюки, а на шею повязал розовую атласную ленточку.
Гости и хозяева уселись за стол, и миссис Фиби стала разливать чай и угощать всех мёдом и пирогом с малиной. Нодди и Большеух изрядно устали и проголодались во время строительства. Поэтому они с удовольствием выпили несколько чашек душистого крепкого чая с мёдом и съели несколько кусков сочного сладкого пирога.
Из окошка гостиной Нодди видел свой новенький разноцветный домик. Он чувствовал себя очень счастливым. Он убежал от плотника и очутился в Игрушечной стране. У него появились друзья, которые помогли ему построить дом.

Он останется жить здесь, его соседями будут славные мишки — мистер Табби и миссис Фиби. Он найдёт себе занятие, вернёт долг Большеуху, а потом попросит его помочь выстругать из дерева мебель для дома: кровать, стол, стулья и комод. Большеух и медвежья семья будут приходить к нему в гости, и он будет угощать их чаем — таким же свежим и душистым, как тот, что налила ему в чашку гостеприимная миссис Фиби.
Нодди мечтал и кивал головой в такт своим мечтам.
— Как мне нравится в Игрушечной стране! И как чудесно у вас дома! — сказал он доброй миссис Фиби, которая положила ему на тарелку третий кусок малинового пирога.
Но Большеух вернул мечтателя с небес на землю.
— Не забудь, что сегодня вечером состоится суд, который решит, можно ли считать тебя игрушкой, — напомнил он. — Если они признают тебя игрушкой, ты станешь полноправным обитателем Игрушечной страны. А если нет — тебе придётся её покинуть.
— А как же мой чудесный разноцветный домик?! — растерянно вскричал Нодди. — Если я уеду из Игрушечной страны, значит, в нём будет жить кто-то другой?
— Боюсь, что так, дружок, — вздохнул мистер Табби.
Услышав это, Нодди отчаянно закивал головой, и его синие стеклянные пуговичные глазки наполнились слезами. Добрая миссис Фиби погладила деревянного человечка по голове.
— Не расстраивайся, Нодди! Я уверена, что всё будет хорошо! А если всё-таки Игрушечный суд решит, что ты не игрушка, и тебе придётся покинуть нашу страну, ты можете переночевать у нас и отправиться в путь завтра, — ласково сказала она.
— Спасибо! — закивал Нодди. — Но если мне скажут, что я не могу жить в Игрушечной стране, то я сразу же уеду. Я не смогу остаться у вас — мне будет грустно смотреть из вашего окошка на мой домик, зная, что мне не суждено в нём жить. Но всё-таки я надеюсь, что мне разрешат остаться.

7. Нодди и Ноев ковчег

После чаепития Нодди решил, что неплохо бы прогуляться по Игрушечному городу. Ведь, если ему не позволят остаться здесь, будет ужасно обидно уехать, так и не осмотрев игрушечные достопримечательности. Конечно же Большеух не захотел расставаться с новым другом и вызвался составить ему компанию.
Игрушечный город был так хорош — просто загляденье! Повсюду стояли разноцветные домики, в которых жили нарядные куклы — фарфоровые, резиновые, тряпичные. Они пили чай в уютных гостиных, развешивали бельё для просушки в зелёных палисадничках, болтали с соседями, гуляли с кукольными собачками или спешили за покупками в кукольные магазины.
— Подумать только, сколько здесь народу! — удивлённо кивал головой Нодди. — Мне кажется, что, проживи я здесь целых сто лет, я бы и то не успел со всеми познакомиться!
— Смотри, вот крепость, в которой живут солдаты! — сказал Большеух.
Прямо перед ними виднелась огромная деревянная крепость с высокими башнями, резными воротами и подъёмным мостом. За толстыми крепостными стенами на плацу маршировали оловянные и деревянные солдатики. Большеух и Нодди подошли поближе и немного посмотрели на ученья. Потом они прогулялись по липовой аллее и вышли к набережной. Тут Нодди вдруг остановился как вкопанный и даже перестал кивать головой.

— Что это там такое?
— Ах, это! Это всего лишь Ноев ковчег! — махнул рукой Большеух. — Ничего особенного. Пойдём лучше дальше, туда, где стоит большой военный корабль, и посмотрим на матросов.
— Хорошо, ты иди к военному кораблю, а я только взгляну на Ноев ковчег и через минуту догоню тебя, ладно? — сказал Нодди и поспешил к странному деревянному сооружению, похожему не то на корабль, не то на плавучий дом. Снизу он был как корабль, но у него были стены и крыша как у дома.

«Интересно, кто там живёт?» — подумал Нодди.
Он подошёл к ковчегу и разглядел узкую входную дверь. Человечек постучал в неё, но никто не отозвался. Он постучал ещё раз. Никакого ответа. Нодди был вежливым деревянным человечком и знал, что в чужой дом не входят без разрешения. Но ему так хотелось заглянуть в ковчег, что он решил немножко приоткрыть дверь и заглянуть вовнутрь. Так он и сделал. Но щёлка получилась очень узкая, а внутри было очень темно, и он ничего не увидел. Тогда он открыл дверь пошире. А потом ещё пошире. А потом совсем широко. А когда дверь оказалась открыта, ему ничего не оставалось, как только войти — хотя ему было очень стыдно, что он оказался в чужом доме без разрешения.
Ну а раз он оказался в доме, то опять же ему ничего не оставалось, как идти вперёд и вперёд. И он прошёл через прихожую и очутился у большой лестницы, которая вела наверх. Нодди поднялся на второй этаж и… Вот так чудо! Кругом были животные. Великое множество самых разных игрушечных животных: лошадки, коровки, овечки, хрюшки, птички, лисички, медвежата, слонята и прочие зверята — каждого вида по паре. Все они страшно обрадовались, увидев, что незваный гость открыл дверь ковчега, и сразу же поползли, поскакали, полетели и побежали к выходу.

В это время хозяева ковчега — старый Ной и его жена — ушли за покупками. Уходя, они, как обычно, плотно закрыли за собой дверь, чтобы животные не вышли. И вот теперь все крылатые, пернатые, рогатые и хвостатые обитатели ковчега бросились на свободу, едва не растоптав деревянного человечка, который отчаянно кричал:
— Назад! Куда вы? На место! Нельзя!
Но что он мог сделать один против целого стада?
Неизвестно, чем кончилось бы дело, если бы в эту минуту на набережной не показались Ной и его жена. Увидев, что творится возле их ковчега, они бросили сумки с покупками и стали загонять животных обратно.

— Вот беда-то! — причитала жена Ноя, заталкивая лошадь и коня в дверь ковчега. — Идите сейчас же домой! Что вы удумали? А от вас, овечки, я этого не ожидала! Вы что же, хотите, чтобы из вас сделали шашлык? А вы, кошечки, туда же? Я ведь сто раз говорила вам, что на набережной полным-полно собак! Домой! Домой! Все домой!
Животные, заслышав голос хозяйки, послушно повернули назад и стали заползать, залетать и забегать обратно в ковчег. И только один зверь не пожелал возвращаться. Это был деревянный игрушечный лев, который ни за что не хотел отказываться от прогулки. Он спрятался в кустах, что росли на газоне возле набережной, и в суматохе никто не заметил его отсутствия. Только игрушечная львица недоумевала, куда же подевался её братец?

Нодди был очень расстроен этим происшествием. Виновато кивая головой, он направился к Ною и его жене, чтобы попросить прощения, но они уже захлопнули дверь ковчега прямо перед его носом. Нодди огорчённо всплеснул руками.
— Ну надо же! — воскликнул он. — Похоже, они очень рассердились. Но ведь я же не нарочно! Откуда мне было знать, что у них здесь настоящий зверинец?
Нодди решил догнать Большеуха, который ушёл любоваться военным кораблем, но не успел он сделать и нескольких шагов, как за спиной у него раздался душераздирающий вопль. Вздрогнув, Нодди обернулся.
Возле ковчега он увидел фарфоровую куклу в красивом розовом платье. Кукла в ужасе смотрела на льва, который вышел из кустов и собрался прогуляться по набережной. Лев сделал шаг вперёд — и кукла снова пронзительно взвизгнула. Лев замер, не зная, как поступить. Он был очень рад, что ему удалось вырваться из Ноева ковчега — ведь там было так скучно! Он надеялся, что все игрушки, увидев его, разбегутся кто куда и никто не помешает ему в своё удовольствие пройтись по городу. Но фарфоровая кукла, вместо того чтобы тихонько сбежать, вдруг разразилась оглушительным криком и визгом. Это очень не понравилось льву, и он сердито зарычал.

Он вовсе не собирался нападать на куклу: во-первых, львы не едят кукол, во-вторых, этому льву очень нравились куклы и он ни за что не стал бы их обижать. Но он терпеть не мог визга и громких криков. Если бы он умел разговаривать, то попросил бы куклу вести себя потише. Но говорить он не умел, поэтому ему оставалось только недовольно рычать.
Нодди не знал, что деревянный лев из Ноева ковчега был совершенно безобидным, добрейшим и милейшим зверем. Он ужасно боялся львов. Услышав львиный рык, он весь затрясся, задрожал и затрепетал, голова его закачалась вниз-вверх, и колокольчик на колпачке испуганно затренькал. Нодди был уверен, что страшный хищник готовится напасть на куклу. Этого нельзя было допустить! Он не позволит, чтобы вырвавшийся из-за него на свободу лев кого-нибудь растерзал! Нодди зажмурился и с отчаянным криком бросился в атаку. На бегу он сорвал с головы колпачок, скинул башмачки и запустил всем этим в ужасного зверя. Дзинь! — и колпачок повис у льва на левом ухе. Шлёп! — и башмачки шмякнули льва прямо по носу! Бедный лев до смерти перепугался и бросился наутёк. В три прыжка он подскочил к двери Ноева ковчега и забарабанил по ней лапами. Он хотел только одного — чтобы его пустили домой, в тёплое и безопасное укрытие, где никто не будет визжать и кидаться в него башмаками.

Нодди подбежал к кукле. Бедняжка вся тряслась от страха. Деревянный человечек взял её за руку и, как смог, постарался успокоить:
— Не бойся! Кажется, мне удалось прогнать его, так что ты в безопасности. Думаю, что лев не вернётся назад. Похоже, он испугался не меньше нашего!
К кукле уже спешили её подруги. Они окружили Нодди и наперебой затараторили:
— Ах, какой храбрец! Он не испугался хищника! Он прогнал опасного зверя! Герой! Рыцарь! Спасибо! Спасибо! Вы спасли нашу подругу!
— Ну что вы, не стоит благодарности! — бормотал Нодди, смущённо кивая головой. — Вообще-то во всём виноват я. Я открыл дверь Ноева ковчега, и лев оказался на воле. Позвольте, я надену колпачок и башмачки!
Наконец куклы успокоились, а Нодди отыскал свой головной убор и обувь, быстро зашнуровал шнурки, нахлобучил на голову колпачок и поспешил к Большеуху.
Ну и приключение! Хорошо, что всё закончилось благополучно!

8. Игрушечный суд

После прогулки по городу Нодди и Большеух вернулись к своему маленькому игрушечному домику. Большеух собрался домой. Он обнял Нодди, пожелал ему удачи, а потом взял свой красный велосипед и направился к выходу. И вдруг…
Тук-тук-тук-тук!
Нодди открыл дверь. На пороге стоял кукольный полицейский.

— Здесь проживает Нодди? — спросил он. — Я пришёл за ним, чтобы проводить в суд!
Нодди взволнованно кивнул головой и ответил:
— Нодди — это я. А это мой дом. Я готов идти с вами и надеюсь, что суд вынесет решение в мою пользу.
— Не думаю, — с сомнением протянул полицейский, разглядывая деревянного человечка. — И мне кажется, что вы с гномом напрасно трудились и строили себе дом. По-моему, ты, уважаемый, совсем не похож на игрушку! Сдаётся мне, что тебе сегодня же придётся покинуть Игрушечный город!
Услышав эти грозные слова, Нодди удручённо закивал головой, и, жалобно всхлипнув, направился вслед за полицейским. Большеух поехал за ним на своём красном велосипеде. Добрый гном очень переживал за друга и не мог бросить его одного в тяжёлую минуту.
Маленькая процессия вскоре оказалась возле полицейского участка. Это было двухэтажное массивное здание из красного кирпича. На втором этаже находился зал заседаний суда. Когда друзья вошли туда, зал был полон игрушек. Все места были заняты, а вдоль стен и у входа стояли полицейские. Возле возвышения, где находилось судейское кресло, несли караул шесть деревянных солдатиков.

— Эти солдаты — конвой. Они проведут тебя до станции и посадят в поезд, если суд решит, что ты не игрушка, — прошептал гном на ухо Нодди.
Услышав это, деревянный человечек чуть не заплакал. Неужели всё кончено и ему придётся покинуть этот чудесный город и только что построенный уютный разноцветный домик?
Вдруг все в зале встали: на возвышение поднялся судья и с важным видом уселся в судейское кресло. Он выглядел очень внушительно: в длинной чёрной мантии и белом напудренном парике. От испуга Нодди принялся отчаянно кивать головой, и колокольчик на его колпачке громко зазвонил: дзинь-дзинь-дзинь!
Тут послышался голос судьи:
— Нодди! Подойди сюда и встань на возвышение, чтобы всем было хорошо видно тебя!
Нодди поднялся на возвышение и встал рядом с судейским креслом. Все игрушки, сидящие в зале, принялись разглядывать его и громко перешёптываться.
— Итак, мы должны решить, кто такой Нодди. Игрушка он или нет? Это важнейший вопрос! От этого решения зависит, будет ли Нодди нашим соседом или ему придётся покинуть Игрушечную страну. Нодди, тебе предоставляется первое слово. Расскажи нам о себе. Кто ты такой?

— Мне кажется, что я игрушка… — пролепетал Нодди. — Я чувствую, что я игрушка. Или, во всяком случае, что я мог бы быть игрушкой…
Тут он вконец запутался и умолк.
Большеух решил прийти на помощь другу.
— Смотрите, как он кивает головой! — крикнул он со своего места. — Точь-в-точь как самая настоящая игрушка! Есть игрушки, которые пищат или рычат, если нажать им на живот. Есть игрушки, которые поворачивают голову, скачут, ползают или ходят, если повернуть у них в спине ключик. Есть игрушки, которые закрывают глаза, если положить их на спину. А Нодди — игрушка, которая кивает головой!
— Так, значит, он игрушка! — хором закричали все в зале.
— Тишина! — провозгласил судья, постучав по столу молоточком. — Допустим, он действительно может считаться игрушкой. Но нужно доказать, что он хорошая игрушка! Игрушка, которая сделана на совесть! В нашем городе не место бракованным игрушкам! — С этими словами он обернулся к Нодди и строго спросил его: — Чем ты докажешь, что ты — хорошая игрушка? А ну-ка расскажи нам, хорошо ли ты себя вёл, оказавшись в нашем городе? Может быть, ты совершил какой-нибудь плохой поступок?
Нодди открыл рот, чтобы сказать «нет», но не успел: судья, глядя, как он кивает головой, решил, что Нодди хочет сказать «да». И он грозно спросил:
— Какой плохой поступок ты совершил? Говори всё начистоту! Мы всё равно узнаем правду!
Услышав это, Нодди растерялся. Что же он сделал плохого? И тут он вспомнил про Ноев ковчег. Ну конечно! Должно быть, это и есть тот самый плохой поступок, о котором спрашивает его судья.
Нодди глубоко вздохнул и сказал:
— Ваша честь, я открыл дверь Ноева ковчега и выпустил на улицу животных. Но я сделал это нечаянно! Я не знал, что там живёт столько зверей!
— Очень плохо! — покачал головой судья. — Это действительно очень плохой поступок! Боюсь, что я вынужден принять решение…
Но он не успел закончить, потому что из зала на возвышение выбежала фарфоровая кукла в розовом платье. Она была так взволнована, что сразу бросилась к судье и замахала на него кружевным платочком.
— Ваша честь, вы ничего не знаете! Но вы сейчас всё узнаете! Пожалуйста, выслушайте меня, потому что я, знаете… Ой, знаете, это просто невероятно! Нодди, он, вы знаете…

Тут судья, нахмурившись, прервал куклу:
— Что это такое «знаете — не знаете»? Успокойтесь, свидетель, и расскажите всё по порядку — всё, что знаете!
Кукла снова замахала на судью своим кружевным платочком и начала рассказ, задыхаясь от волнения:
— Ваша честь, этот маленький деревянный человечек — храбрец и отважный рыцарь! Он спас меня от опасного хищника! Лев хотел напасть на меня, но Нодди загнал его обратно в Ноев ковчег. Нодди — настоящий игрушечный герой! Он — самый бесстрашный из всех игрушек, потому что он не побоялся дикого зверя и заступился за бедную беззащитную куклу! Это могут подтвердить все мои подружки!
Услышав это, игрушки дружно принялись аплодировать. В зале послышались крики:
— Браво, Нодди! Молодец, Нодди!
Это самый настоящий игрушечный подвиг! Слава нашему игрушечному герою!
Судья снова постучал молоточком по столу. Когда шум стих, он улыбнулся и сказал:
— Итак, суд вынес решение! Мы можем считать Нодди игрушкой. Это раз. Нодди может считаться хорошей игрушкой, потому что он совершил подвиг и защитил куклу от опасного зверя. Это два. Нодди, ты можешь остаться в Игрушечном городе и поселиться в своём игрушечном домике. Это три!

Все игрушки очень обрадовались, услышав решение судьи! Но больше всех был рад добрый гном Большеух. Он пустился в пляс, напевая весёлую бестолковую песенку, которую только что сочинил на радостях:
— Игрушкой! Игрушкой!
Нодди стал игрушкой!
А гном — большие ушки,
В кармане ни полушки,
Ни пирога горбушки!
Спасибо вам, девчушки,
Куклы-подружки,
Что помогли нам сделать
Нодди игрушкой!
Нодди подбежал к Большеуху и крепко обнял его.
— Спасибо тебе, друг! Ты привёл меня в Игрушечный город, ты купил мне одежду и помог построить дом! Ты с самого начала верил, что я игрушка, что я останусь в Игрушечной стране и всё закончится хорошо!
— Добро пожаловать в Игрушечный город, Нодди! — хором сказали куклы.
Полицейские отдали Нодди честь, а деревянные солдатики проводили его до дверей его разноцветного домика. Гостеприимные мишки вышли поздравить нового соседа. Мистер Табби пожал Нодди руку и наступил на ногу, а добрая миссис Фиби отдала человечку последний кусок малинового пирога.
— Я снова дома! Я остаюсь жить в этом чудесном городе рядом с моими милыми соседями — мистером Табби и миссис Фиби! Я найду себе работу, получу много денег и верну долг моему лучшему другу Большеуху! А ещё я куплю большой букет цветов кукле в розовом платье! А потом я приглашу всех друзей, соседей и знакомых на обед в честь моего новоселья!
Нодди так замечтался, что не заметил, как наступила ночь. Большеух уехал домой на своём красном велосипеде, солдаты вернулись в крепость, и деревянный человечек остался один. Ему совсем не хотелось спать, и он ещё долго сидел у окна, задумчиво кивая головой и думая о том, как чудесно он заживёт в этом прекрасном городе. Наконец он снял свой колпачок, скинул красные башмачки и отправился спать.
— Меня ждут новые знакомства и невероятные приключения! — прошептал он, закрывая свои пуговичные глазки. — Много-много приключений — удивительных, неожиданных и невероятных!
Нодди действительно ждут невероятные приключения и встречи со старыми и новыми друзьями. Но всё это начнётся завтра. А пока он крепко спит, отдыхая от волнений, которые принёс ему этот долгий-долгий день. И спят все усталые игрушки — куклы, птички и зверюшки. Спят все жители Игрушечного города.

Кот да дрозд ходят в лес дрова рубить, а петушка одного оставляют.
Уходят — строго наказывают:
— Мы пойдем далеко, а ты оставайся домовничать, да голоса не подавай; когда придет лиса, в окошко не выглядывай.
Проведала лиса, что кота и дрозда дома нет, прибежала к избушке, села под окошко и запела:
— Петушок, петушок,
Золотой гребешок,
Масляна головушка,
Шелкова бородушка,
Выгляни в окошко,
Дам тебе горошку.
Петушок и выставил головку в окошко. Лиса схватила его в когти, понесла в свою нору.

Закричал петушок:
— Несет меня лиса
За темные леса,
За быстрые реки,
За высокие горы…
Кот и дрозд, спасите меня!..
Кот и дрозд услыхали, бросились в погоню и отняли у лисы петушка.
В другой раз кот и дрозд пошли в лес дрова рубить и опять наказывают:
— Ну, теперь, петух, не выглядывай в окошко, мы еще дальше пойдем, не услышим твоего голоса.

Они ушли, а лиса опять прибежала к избушке и запела:
— Петушок, петушок,
Золотой гребешок,
Масляна головушка,
Шелкова бородушка,
Выгляни в окошко,
Дам тебе горошку.
Петушок сидит помалкивает.
А лиса — опять:
— Бежали ребята,
Рассыпали пшеницу,
Курицы клюют,
Петухам не дают…
Петушок и выставил головку в окошко:
— Ко-ко-ко! Как не дают?!
Лиса схватила его в когти, понесла в свою нору.
Закричал петушок:
— Несет меня лиса
За темные леса,
За быстрые реки,
За высокие горы…
Кот и дрозд, спасите меня!..
Кот и дрозд услыхали, бросились в погоню. Кот бежит, дрозд летит… Догнали лису — кот дерет, дрозд клюет, и отняли петушка.
Долго ли, коротко ли, опять собрались кот да дрозд в лес дрова рубить. Уходя, строго-настрого наказывают петушку:
— Не слушал лисы, не выглядывай в окошко, мы еще дальше уйдем, не услышим твоего голоса.
И пошли кот да дрозд далеко в лес дрова рубить. А лиса — тут как тут: села под окошечко и поет:
— Петушок, петушок,
Золотой гребешок,
Масляна головушка,
Шелкова бородушка,
Выгляни в окошко,
Дам тебе горошку.
Петушок сидит помалкивает. А лиса — опять:
— Бежали ребята,
Рассыпали пшеницу,
Курицы клюют,
Петухам не дают…

Петушок все помалкивает. А лиса — опять:
— Люди бежали,
Орехов насыпали,
Куры-то клюют,
Петухам не дают…
Петушок и выставил головку в окошко:
— Ко-ко-ко! Как не дают?!
Лиса схватила его в когти плотно, понесла в свою нору, за темные леса, за быстрые реки, за высокие горы…

Сколько петушок ни кричал, ни звал — кот и дрозд не услышали его. А когда вернулись домой — петушка-то нет.
Побежали кот и дрозд по лисицыным следам. Кот бежит, дрозд летит… Прибежали к лисицыной норе.

Кот настроил гусельцы и давай натренькивать:
— Трень, брень, гусельцы,
Золотые струночки…
Еще дома ли Лисафья-кума,
Во своем ли теплом гнездышке?
Лисица слушала, слушала и думает:
«Дай-ка посмотрю — кто это так хорошо на гуслях играет, сладко напевает».
Взяла да и вылезла из норы. Кот и дрозд ее схватили — и давай бить-колотить. Били и колотили, покуда она ноги не унесла.
Взяли они петушка, посадили в лукошко и принесли домой.
И с тех пор стали жить да быть, да и теперь живут.

Раскладывает да приговаривает:
— Это простая ложка — котова, это простая ложка — Петина, а это не простая — точёная, ручка золочёная, — эта Жихаркина. Никому её не отдам.

Вот прослышала лиса, что в избушке Жихарка один хозяйничает, и захотелось ей Жихаркиного мясца попробовать.

Кот да петух, как уходили на охоту, всегда велели Жихарке двери запирать. Запирал Жихарка двери.
Всё запирал, а один раз и забыл.

Справил Жихарка все дела, обед сварил, стол накрыл, стал ложки раскладывать, а по лестнице — топ-топ-топ — лиса идёт.

Испугался Жихарка, с лавки соскочил, ложку на пол уронил да под печку и залез. А лиса в избушку вошла, глядь туда, глядь сюда: нет Жихарки.

«Постой же, — думает лиса, — ты мне сам скажешь, где сидишь».
Пошла лиса к столу, стала ложки перебирать:
— Эта ложка простая — Петина, эта ложка простая — котова. А эта ложка не простая — точёная, ручка золочёная, — эту я себе возьму.

А Жихарка-то под печкой во весь голос:
— Ай, ай, ай, не бери, тётенька, я не дам!
— Вон ты где, Жихарка!

Подбежала лиса к печке, лапку в подпечье запустила, Жихарку вытащила, на спину перекинула — да в лес. Домой прибежала, печку жарко истопила: хочет Жихарку изжарить да съесть. Взяла лиса лопату.
— Садись, — говорит, — Жихарка.

А Жихарка маленький, да удаленький. На лопату сел, ручки-ножки растопырил — в печку-то и нейдёт.
— Не так сидишь, — говорит лиса.

Повернулся Жихарка к печи затылком, ручки-ножки растопырил — в печку-то и нейдёт.

— Да не так, — лиса говорит.
— А ты мне, тётенька, покажи, я ведь не умею.
— Экой ты недогадливый!

Лиса Жихарку с лопаты сбросила, сама на лопату прыг, в кольцо свернулась, лапки спрятала, хвостом накрылась. А Жихарка её толк в печку да заслонкой прикрыл, а сам скорей вон из избы да домой.

А дома-то кот да петух плачут, рыдают:
— Вот ложка простая — котова, вот ложка простая — Петина, а нет ложки точёной, ручки золочёной, да и нет нашего Жихарки, да и нет нашего маленького!
Кот лапкой слёзы утирает, Петя крылышком подбирает.

Вдруг по лесенке — тук-тук-тук.
Жихарка бежит, громким голосом кричит:
— А вот и я! А лиса в печке сжарилась!

Обрадовались кот да петух. Ну Жихарку целовать! Ну Жихарку обнимать!
И сейчас кот, петух и Жихарка в этой избушке живут, нас в гости ждут.

Путешествие первое. Исчезающий остров

Когда я был совсем молодым, мой отец умер и оставил мне всё состояние. Долгое время я жил в своё удовольствие. Однако пришёл день, когда я понял, что деньги заканчиваются, и мне надо было что-то предпринимать.
Я подумал: «До сих пор я ничего не делал, только тратил отцовские деньги. Это скучно! Я должен придумать, чем мне заняться, и отправиться на поиски приключений!»
В тот же день я продал всё, что у меня оставалось, купил несколько отрезов прекрасного шёлка и пошёл в порт. Там я нашёл торговое судно, отправлявшееся в дальние страны, заплатил капитану, и меня взяли на борт.
Вместо со мной на корабле было ещё шесть купцов. Мы плыли через море, останавливаясь в каждом порту.
Там мы продавали свои товары и покупали что-то новое на продажу. Мне нравилась такая жизнь – я встречался с новыми людьми и видел незнакомые страны.
Мы отплывали всё дальше и дальше от родных мест, и целую неделю на горизонте не показывалась земля. Потом, в одно прекрасное утро, посередине спокойного синего моря мы увидели остров.
Он выглядел странно – большой чёрный холм, на котором росло всего несколько пальм, а берег был покрыт песком, мелким, как пыль.
Решив высадиться на этом острове, капитан приказал бросить якорь, и мы поплыли к берегу на маленьких шлюпках.
Некоторые из моих попутчиков хотели постирать одежду и захватили с корабля большое деревянное корыто. Наполнив его водой, они стали собирать ветки, чтобы разжечь костёр. Я же пошёл в одиночку исследовать остров.
Я не успел отойти далеко, как вдруг земля под моими ногами накренилась, и весь остров пришёл в движение. Я услышал, как капитан закричал:
– Обратно на корабль! Скорее!
Все бросились к шлюпкам, но я оказался дальше всех от берега. Я поспешил было вдогонку за своими товарищами, но волны уже захлестывали берег. Мгновение – и вода дошла мне до колен. Остров целиком погружался в море!
Вода залила костёр, который разожгли мои спутники, и оставленное ими корыто подплыло ко мне. Я поспешил забраться в него – и вовремя, потому что остров уже скрывался под водой.
Пальмы, песок, берег – всё исчезло буквально за минуту. Я потрясённо смотрел на безбрежное море, не в силах вымолвить ни слова, как вдруг из воды показался огромный хвост кита. Он на миг застыл в воздухе, а потом с силой обрушился вниз, и от него во все стороны разбежались пенящиеся волны. Я до смерти перепугался и в ужасе стал цепляться за края корыта, пока вода не успокоилась. Только тогда я понял, в чём было дело. Остров был не чем иным, как спиной гигантского кита! Судя по всему, он так долго плавал на поверхности моря, что на его спине успели вырасти деревья.
Когда мои спутники разожгли огонь, кит решил нырнуть, чтобы охладить в воде обожжённую спину. Ничего подобного я не видел никогда в жизни! Впрочем, восторг от увиденного быстро уступил место леденящему душу ужасу, когда я увидел, что мой корабль уплывает без меня. Я кричал и размахивал руками, но было уже слишком поздно. Корабль исчез из виду, и я остался один, болтаясь в деревянном корыте на волнах в открытом море.
В воде вокруг меня плавало много разных предметов, оставленных моими спутниками, так что я стал вылавливать то, что могло мне пригодиться. Я нашёл бочонок с пресной водой, а также несколько кусков дерева, которые мог использовать как весла.
Семь дней и семь ночей я плыл в одиночестве по морю, стараясь грести как можно сильнее и пить как можно меньше, чтобы растянуть запас воды. Я не знал, суждено ли мне снова увидеть землю. Днём жаркое солнце нещадно обжигало меня, а по ночам дул ледяной ветер, и вскоре я почувствовал, что заболел.
И вот на седьмую ночь, когда я метался в лихорадке и вглядывался в темноту, размышляя о том, что меня ждёт, моё корыто внезапно врезалось в землю. Я выбрался на берег и упал на колени. При свете луны я погрузил пальцы в холодный песок, чтобы удостовериться, что подо мной настоящая земля, а не очередной уснувший кит.
Вдруг в ночном мраке послышался пронзительный визг. Я похолодел от ужаса. А потом услышал фырканье, ржание и топот копыт. Я сел и стал всматриваться в темноту. На берегу стояли семь чёрных кобылиц. Они встряхивали гривами и вглядывались в морские волны. У меня на глазах к берегу подкатились семь волн, увенчанных шапками белой пены. Волны набежали на берег, и вдруг я увидел, что на гребне каждой из них пляшут чистокровные белые жеребцы.
Чёрные кобылицы возбуждённо ржали и били копытами. Волны набегали на берег и разбивались об их спины. Внезапно чёрные кобылицы и белые жеребцы вместе встали на дыбы. Потом белые жеребцы снова бросились в воду и исчезли в морских волнах.
Сразу после ухода жеребцов на берег прибежали семеро мужчин. Они поймали кобылиц и куда-то повели их. Опомнившись, я побежал за ними, крича:
– Подождите! Подождите!
Мужчины очень удивились, увидев меня, но я объяснил, что стал жертвой кораблекрушения, и тогда они любезно предложили мне следовать за ними.
– Мы отведём тебя к нашему королю, – сказал один из них.
– Тебе повезло, что ты набрёл на нас, – продолжил другой. – Мы приходим сюда раз в год, и на целые мили кругом здесь нет живой души.
– А что вы делали здесь, и что это были за белые кони, которые вышли из моря? – спросил я.
– Это морские жеребцы, – объяснил один из мужчин. – Теперь наши кобылицы принесут от них жеребят. Каждый год мы приводим их сюда, и каждый год у них рождаются серебряные жеребята изумительной красоты. Они настолько быстры, что могут бежать по морским волнам и не тонут.
– Нет предела чудесам! – воскликнул я.
Мужчины отвели меня в свой город, где я предстал перед королём. Я рассказал ему о своём путешествии и приключениях, и он дал мне еду, одежду и немного денег.
– Что ты будешь делать теперь? – спросил он.
– Больше всего на свете я хотел бы вернуться домой, в Багдад, – ответил я.
– Куда? – переспросил король. Он никогда не слышал о таком городе. Он не знал о существовании моей страны и даже не слышал названия тех мест, в которых я побывал.
Я переночевал во дворце, а на следующее утро отправился в порт, чтобы узнать у какого-нибудь моряка, как мне вернуться домой. Но ни одному моряку, ни одному купцу из всех, кого я расспрашивал, не было знакомо название моей страны.
И вдруг я увидел, как в порт заходит корабль, показавшийся мне знакомым. Люди, находившиеся на его борту, стали разгружать товары, чтобы везти их на рынок. Там были пряности и травы, а также отрезы красивого шёлка, которые сразу привлекли моё внимание.
– Постой-ка! – крикнул я человеку, разгружавшему эти отрезы. – Это же мой шёлк!
Человек грустно покачал головой.
– Вряд ли, – сказал он. – Этот шёлк принадлежал купцу, который утонул в море.
– Его звали Синдбад? – спросил я.
Человек вытаращил на меня глаза.
– Присмотрись внимательно, – сказал я ему. – Я не утонул в море, я стою здесь, прямо перед тобой.
– Синдбад! – радостно вскричал он. – Это и впрямь ты!
Трудно описать счастье, которое я испытал! Я взял несколько отрезов шёлка и преподнёс их королю и мужчинам, которых встретил ночью на берегу. А остальной шёлк я продал на рынке.
Король пригласил всех нас на ужин. Он и его семья жадно слушали рассказы о наших путешествиях и о странах, откуда мы были родом, и предложили нам провести ночь во дворце. На следующее утро все мы получили множество подарков для своих семей. И в тот же день мы отплыли на родину.
Дорога домой была долгой, и мне довелось увидеть много удивительного и замечательного: я видел острова, где горы были так высоки, что доставали до неба, я видел стаи серебристых дельфинов и крохотных лошадок, плавающих под водой. Но самое большое счастье я испытал, увидев родную страну.
Я поклялся оставаться дома до конца своих дней. Однако через какое-то время мне захотелось испытать новые приключения. И тогда я стал планировать следующее путешествие…
Шахерезада закончила свою историю и замолчала.
– И что же случилось во время следующего путешествия? – нетерпеливо спросил султан.
Шахерезада улыбнулась.
– Тот же вопрос задали и гости Синдбада, – сказала она. – Он ответил им, что уже поздно, но обещал, что они услышат обо всём на следующий вечер. И ты тоже можешь это услышать, но, конечно, при условии, что оставишь меня в живых.
– Хорошо, – смилостивился султан, – я сохраню тебе жизнь ещё на один день.
На следующую ночь, когда султан лёг в постель, Шахерезада начала новую сказку…

Путешествие второе. Сказочная птица

Прожив спокойно несколько лет, я заскучал по приключениям. И тогда я купил ткани на продажу, нашёл корабль и заплатил капитану, чтобы он взял меня на борт.
Мы поплыли от одного порта к другому, от одного острова к другому, всё дальше и дальше удаляясь от дома.
Целую неделю мы плыли по безбрежному морю. Потом вдали показался остров. Капитан бросил якорь, и мы все сошли на берег. Остров был очень красивым, там росло множество деревьев и цветов, источавших дивный аромат. В море сбегал небольшой ручеёк, и я решил пойти вверх по его течению, подальше от берега, чтобы осмотреть окрестности.
По берегам ручья росли кусты, покрытые мягкими оранжевыми плодами, и стайки быстрых маленьких птичек клевали их. Я сорвал один плод и уселся под деревом, чтобы полакомиться.
Плод оказался сочным и очень вкусным. Я съел его, и мне захотелось спать. Тогда я улёгся в тени и вскоре уснул. А когда проснулся, тени от деревьев стали длиннее, солнце уже садилось. Видимо, сон мой длился пару часов. Я поспешил обратно на берег, но там уже никого не было.
Я посмотрел на море и увидел у горизонта мой корабль, он золотился в лучах заката и казался совсем крошечным. Он уплыл без меня! Я кричал и махал руками, но напрасно. Корабль ушёл.
Не было никакого смысла сидеть на берегу и жалеть самого себя, поэтому я решил залезть на самое высокое дерево и осмотреться по сторонам.
Так я и сделал, и, когда добрался до самых верхних веток, перед моим взором предстал весь остров. В самой его середине я увидел огромный белый купол, возвышавшийся над верхушками деревьев. Никогда прежде мне не доводилось видеть такое огромное здание.
«Там должны быть люди!» – пришла мне в голову радостная мысль.
Я слез с дерева и отправился на поиски купола. Вблизи он выглядел ещё более внушительно. Поверхность была белой и гладкой, причём мне не удалось разглядеть никаких следов кирпичной кладки, а стены мягко изгибались и не имели ни углов, ни краёв.
«Какой-то очень умелый строитель возвёл этот купол», – решил я.
Ни окон, ни дверей не было видно, поэтому я отправился вокруг купола, чтобы найти вход. Однако, обойдя его целиком, я так ничего и не обнаружил.
«Может быть, дверь искусно спрятана, а возможно, здесь вообще нет входа?» – гадал я.
Вдруг всё вокруг потемнело. Я взглянул вверх и увидел в небе над собой гигантскую тень, заслонившую солнце. Тень увеличивалась и увеличивалась и наконец закрыла всё небо. Это была самая огромная птица, какую мне доводилось увидеть, и она спускалась на землю.
Я поспешил найти укрытие. От взмахов гигантских крыльев сгибались стволы деревьев, а с земли поднимались клубы пыли. Птица опустилась и, поставив лапы с чудовищными когтями по обе стороны купола, уселась на него.
Несколько мгновений чудовищное создание озиралось по сторонам, а я согнулся в тени дерева, чувствуя, как колотится от страха моё сердце. Судя по всему, птица не заметила меня, так как её глаза закрылись, и она заснула.
Я никак не мог прийти в себя от потрясения. В детстве я слышал рассказы о сказочной птице Рух, которая якобы была больше, чем самый большой корабль, но никогда не думал, что это правда.
И вот теперь я стоял рядом с этой птицей и прекрасно понимал, что чувствует самый крохотный муравей, оказавшись по соседству с коршуном.
Конечно, огромный белый купол, на котором сидела птица Рух, был вовсе не произведением искусного строителя, а яйцом!
Пока чудовище спало, я пытался сообразить, что мне делать.
«Нет никакого смысла оставаться одному на этом острове, – рассуждал я. – Могут пройти годы, прежде чем к берегу пристанет какой-нибудь корабль. А эта птица наверняка летает по всему свету. Если мне удастся с её помощью выбраться отсюда, я сумею найти дорогу домой».
К тому времени, как я придумал план, уже спустилась ночь. Я размотал свой тюрбан и обвязал один конец полотнища вокруг груди. Подобравшись поближе к птице, я привязал второй конец к её толстой чешуйчатой лапе. Потом сел рядом и стал ждать.
На рассвете меня разбудил пронзительный хриплый визг.
Птица встала, взмахнула огромными крыльями и взмыла в воздух. Полотнище, обмотанное вокруг моей груди, натянулось, и через мгновение я уже летел высоко над землёй. Мы поднимались всё выше и выше, направляясь в сторону сверкающей морской глади. Свисая с птичьей лапы, я мог видеть всё, что находилось до горизонта. Нигде не было ни единого кусочка суши.
Я пришёл в ужас.
«Это была глупая затея, – думал я. – Если птица опустится на воду, то можно будет утонуть!»
Над головой хлопали огромные крылья. Я был полностью во власти этого чудовища. Закрыв глаза, ваш покорный слуга стал молиться о том, чтобы выжить.
Вдруг птица оглушительно крикнула и стала снижаться. Я открыл глаза и понял, что мы летим к какому-то острову и всхлипнул:
– Я сейчас умру!
Впрочем, птица мягко приземлилась на песчаный берег, и я не пострадал.
Дрожащими пальцами я поспешил развязать тюрбан и отполз подальше от птицы. Однако, обернувшись, я увидел перед собой огромное тело, покрытое чешуёй.
– ХЩ-Щ-Щ-Щ-Щ-Щ-Щ-Щ, – зашипело непонятное существо.
Два холодных жёлтых глаза уставились на меня, а из страшных челюстей высунулся раздвоенный язык. Я оказался лицом к лицу с огромной змеёй.
Не успел я опомниться, как птица Рух вытянула шею над моей головой, схватила змею своим ужасным клювом и улетела прочь.
Я смотрел, как змея извивается в клюве страшной птицы, уносившей её с острова. Потом, с облегчением переведя дух, я огляделся по сторонам, чтобы понять, где оказался.
Я стоял на крутом песчаном склоне, спускавшемся в пропасть, дна которой не было видно. Нигде не было никакой растительности, только песок и камни. А вокруг меня вздымались отвесные скалистые горы, на которые не сумел бы подняться ни один человек.
– Лучше бы я остался там, где были вода и еда, – вздохнул я. Мне не оставалось ничего другого, кроме как спуститься по склону, что я и сделал, цепляясь за камни и пытаясь найти что-то пригодное для еды.
Спускаясь, я заметил, что со дна пропасти поднимается какой-то странный свет. Постепенно стало понятно, откуда он исходит.
Дно пропасти было усыпано алмазами. Они сверкали и переливались на солнце. Их было так много, и они так ярко блестели, что на них с трудом можно было смотреть. Я хотел было подбежать к ним поближе, но резко остановился. По россыпи алмазов ползали змеи невероятных размеров, и их было такое множество, что и сосчитать нельзя.
– Вверх я идти не могу, вниз – тоже, – сказал я себе. – Что же мне делать?
Я уселся на большой камень и задумался.
Присмотревшись, я заметил, что змеи ползут в тёмные ямы и расщелины по обе стороны пропасти.
– Они боятся солнечного света! – понял я.
Когда все змеи попрятались, я осторожно спустился на дно пропасти.
Алмазы хрустели под моими ногами и вспыхивали всеми цветами радуги. Я не мог себе представить ничего прекраснее этого зрелища. Я встал на колени, зарылся руками в алмазы и стал их рассматривать.
«Быть может, мне не суждено выбраться отсюда живым, – думал я, – но кто знает…»
И я поспешил набить карманы драгоценными камнями.
Солнце палило, меня терзали голод и жажда. В одном из карманов я обнаружил плод, сорванный на первом острове, и с жадностью съел его.
И вот начался поиск пути из пропасти. Я осторожно карабкался по крутым склонам, вглядываясь в тёмные расщелины. В каждой из них притаились огромные змеи, и от их сонного шипения у меня волосы вставали дыбом. Мне непременно надо было выбраться из пропасти до наступления ночи, иначе я был обречён на гибель.
Прошло несколько часов, и я в отчаянии упал на землю, покрытую алмазами. Я лежал, глядя на мерцающие камни, и уже утратил всякую надежду, как вдруг совсем близко от меня что-то глухо упало на землю. Я присмотрелся и увидел огромный кусок мяса, размером с целого барана.
Я только начал подниматься, как рядом приземлился ещё один кусок мяса, а потом с гор посыпались новые и новые мясные туши. Что это могло значить?
Вдруг воздух наполнился криками, и в небе над моей головой появились огромные орлы и коршуны. Они были меньше, чем птица Рух, но всё же превосходили размерами всех птиц, которых я видел раньше.
Один за другим гигантские орлы пикировали в пропасть. Они хватали куски мяса когтями и улетали с ними. И каждый кусок, который они уносили, был покрыт драгоценными камнями.
Когда стая перелетела через горную гряду, раздались громкие выстрелы. Перепуганные птицы бросали мясо вместе с алмазами и улетали прочь. Но вскоре после этого они возвращались в пропасть за новыми кусками мяса.
Я решил воспользоваться случаем и снова обвязал один конец своего тюрбана вокруг груди, а второй привязал к куску мяса, а потом стал ждать.
И вот орёл устрашающего размера подлетел ко мне, ухватил когтями мясо и взлетел. Полотнище туго затянулось на моей груди, и я поднялся в воздух.
Орёл нёс меня через горные вершины, и я увидел внизу группу людей с ружьями. Раздались выстрелы, и моя птица с громким криком выпустила мясо из когтей. Я полетел вниз, и алмазы сыпались вокруг, подобно дождю, а потом я упал вместе с мясом, и от удара о землю перестал дышать.
Вооружённые люди бросились собирать драгоценные камни. При виде меня они были настолько потрясены, что попадали друг на друга.
– Откуда ты тут взялся? – удивились они.
– Это долгая история, – прохрипел я.
– Почему бы тебе не отправиться вместе с нами домой? – предложил один из них. – Там и расскажешь.
Позже, оказавшись в маленькой горной деревушке, я рассказал им обо всём. Все собравшиеся признали, что более удивительной истории они никогда не слышали.
Утром я отправился в ближайший порт. Я расспрашивал всех встречных моряков, но никто из них не знал, где находится моя страна. Тогда, продав один из алмазов, я купил себе корабль и нанял капитана и команду, чтобы они помогли мне добраться домой.
Плавание было долгим, и по пути я повидал много удивительных и замечательных вещей: летающих рыб с забавными мордами, острова, поросшие гигантскими деревьями, золотых птиц, летающих под водой. Но самое большое счастье я испытал, увидев свою родную страну.
Я поклялся оставаться дома до конца своих дней. Однако через какое-то время мне снова захотелось приключений. И тогда я стал планировать следующее путешествие…
Шахерезада закончила свою историю и замолчала.
– И что же случилось во время следующего путешествия? – нетерпеливо спросил султан.
– Тот же вопрос задали и гости Синдбада, – улыбнулась девушка. – Он сказал им, что уже поздно, но обещал, что они узнают обо всём на следующий вечер. И ты тоже можешь это услышать, но, конечно, при условии, что оставишь меня в живых.
– Хорошо, – согласился султан, – я сохраню тебе жизнь ещё на один день.
На следующую ночь, когда султан лёг в постель, Шахерезада начала новую сказку…

Путешествие третье. Остров Великанов

Прожив спокойно несколько лет, я заскучал по приключениям. Тогда ваш покорный слуга купил ткани на продажу, нашёл корабль и заплатил капитану, чтобы он взял меня на борт.
Мы плыли от одного порта к другому, от одного острова к другому, всё больше и больше удаляясь от дома.
В один прекрасный день корабль подошёл к острову, заросшему лесом, и капитан вдруг закричал:
– Мы сбились с курса! Всё пропало!
– В чём дело? – спросил я.
– Это остров Великанов, – с ужасом ответил капитан. – Ещё никому не удавалось уйти отсюда живым.
– Тогда разверните корабль! – предложил я.
– Слишком поздно, – капитан указал на воду. К нам плыли сотни чёрных волосатых существ. Мы не успели и пальцем пошевелить, как они облепили борта корабля и быстро вскарабкались на палубу.
Постепенно весь корабль заполнился странными существами, они окружали нас со всех сторон. У них были ярко-жёлтые глаза и маленькие зубы, острые, как бритва. Угрожающе шипя, они согнали нас к краю палубы и стали по одному сталкивать в воду. К нашему изумлению и ужасу, они отогнали наш корабль куда-то в сторону от острова.
Нам пришлось добираться до берега вплавь. Промокшие и несчастные, мы уселись на песке.
– Что же нам теперь делать? – прошептал капитан.
– Могло быть хуже, – ободрил его я. – Мы пока ещё живы. Надо обследовать остров и найти пищу и пресную воду, а потом придумаем, что делать дальше.
Команда отправилась вдоль берега и наконец набрела на речку. Утолив жажду, мы стали забираться вглубь острова и увидели кусты с красными ягодами. Я осторожно попробовал одну ягоду.
– Вкусно!
Все бросились собирать ягоды, и вдруг один из моих спутников закричал:
– Смотрите! Там дом!
Действительно, сквозь листья деревьев возвышался какой-то замок. Мощные чёрные башни сверкали на солнце, а когда мы вышли из-за деревьев и подошли поближе, то увидели большие ворота. Они были распахнуты настежь.
– Кто-нибудь дома? – с тревогой крикнул я.
Ответа не последовало, и мы вошли. Перед нами простирался пустой двор, посередине которого были сложены большие поленья, будто для костра, а над ними находился помост. Вокруг были разложены огромные мягкие подушки.
– Давайте сядем и подождём возвращения хозяев, – предложил капитан.
Мы удобно расположились на подушках… Ждать пришлось долго, очень долго, и постепенно все уснули.
Проснулись мы от страшного грохота. Солнце уже садилось, и небо окрасилось в кроваво-красный цвет. В распахнутых воротах замка стоял великан.
Он злобно посмотрел на нас, его глаза горели красным огнём, как солнце на закате. Он был огромен и чрезвычайно уродлив. Длинные, покрытые щетиной уши свисали до плеч, а обвисшие губы обнажали клыки, длинные и острые, как у льва.
– Извините, что зашли без приглашения, – сказал я.
Великан повернулся и закрыл ворота. Потом он нагнулся, поднял меня и пощупал пальцем мои рёбра.
– Слишком костлявый, – пробормотал он.
Швырнув меня на землю, он взял кого-то другого.
– Слишком тощий, – проворчал он и тоже отшвырнул его.
Великан уставился на остальных людей, сидевших вокруг костра. Капитан, который был довольно-таки полным, вытолкнул вперёд одного из команды.
– Попробуй его, – взмолился он.
На эти слова великан ответил злобно усмехнулся. Не обращая внимания на предложенную ему жертву, он нагнулся и поднял самого капитана.
– Хм-м-м… – сказал он и сунул беднягу в рот.
Тщательно пережевав несчастного капитана, великан проглотил его, а мы, глядя на это, тряслись от страха.
– Следующего лучше поджарить, – заявил великан.
Потом он улёгся на подушки и захрапел.
Все отбежали в другой конец двора, прижались друг к другу и заплакали.
– Мы обречены, – всхлипывал один из купцов.
– Что может быть хуже такой смерти! – рыдал другой.
– Успокойтесь, – сказал я им. – Мы должны что-то придумать.
– Давайте убьём великана во сне, – предложил один из моряков.
– Нет, послушай, – остановил я его, – засов на воротах расположен слишком высоко, мы не сможем до него добраться, так что если мы убьём великана, то убежать отсюда не получится.
– Неужели нам не удастся выбраться отсюда живыми? – горько воскликнул один из матросов.
В этот момент великан пошевелился, и мы все похолодели от страха. Но он просто повернулся на бок и продолжил храпеть.
– Ш-ш-ш! – прошептал я. – Не будите его! Я кое-что придумал. Но пока что прекратите панику. Нам надо построить плот и сделать несколько вёсел из этих брёвен. Отсюда нужно не просто сбежать, но и умудриться как можно скорее уплыть с острова.
Купцы подкрались к кострищу и принесли несколько брёвен, которые связали своими рубахами, чтобы сделать плот. Я же взял два ствола и остро заточил их концы. Когда всё было закончено, я разделил людей на две группы.
Каждая группа взяла заточенный ствол.
– На счёт «три», – сказал я, – надо будет подбежать к великану и воткнуть эти колья ему в глаза.
– Но… но… – испуганно залепетали мои спутники.
– Не размышляйте, просто делайте, что я вам говорю, – приказал я. – Один, два, три…Вперёд!
Мы побежали, подняв над головой острые колья и, собрав все силы, всадили их в глазницы спящего великана.
Это было ужасно. Великан испустил такой громкий вопль, что от него задрожали стены дворца, а мы попадали наземь. С кольями, торчащими из глазниц, он вслепую шарил по земле, пытаясь схватить нас, но команда разбежалась в стороны.
И вот великан, передумав ловить нас, открыл засов на воротах и выбежал в предрассветные сумерки, не переставая кричать:
– На помощь!
– Хватайте плот и бегите! – скомандовал я.
Мы бросились к берегу и поспешно спустили наш плот на воду. В слабом утреннем свете был виден великан, который не переставая кричал.
На его крик откликнулись и другие, и, оглянувшись, мы увидели целое семейство великанов, собравшихся на прибрежных скалах. Они кидали в нас камни, но мы гребли изо всех сил и совсем скоро отплыли так далеко, что они не могли достать нас.
Мы выдохнули, улеглись на плоту и поплыли в открытое море. Впрочем, на этом испытания не закончились.
Ближе к полудню на небе вдруг заклубились тёмные облака, поднялся сильный ветер и разразился ужасный шторм. Бурлящие волны бросали хрупкий плот то вверх, то вниз. В конце концов он развалился, и мы оказались в воде.
Выл ветер, лил проливной дождь, а я, вцепившись в бревно, просил всех богов о том, чтобы остаться в живых. Штормовые волны вздымались, бурлили и относили меня всё дальше от команды.
Постепенно ветер утих. Тучи рассеялись, очистившееся небо порозовело в лучах заката. Я огляделся и понял, что остался совсем один в безбрежном пустынном море.
Я совершенно обессилел и провёл всю ночь вцепившись в бревно. К тому времени, когда взошло солнце, я уже почти ничего не соображал. Однако, бросив взгляд на горизонт, я испытал огромную радость. Вдали показался корабль!
Я махал руками и кричал во весь голос. К счастью, меня заметили, и корабль поплыл в мою сторону.
Меня подняли на борт, и когда я увидел дружелюбное лицо капитана, то чуть не упал в обморок от удивления. Это оказался тот самый капитан, с которым я ходил в своё второе путешествие!
Я рассказал, что случилось со мной за то время, что мы не виделись, и на глазах доброго капитана выступили слёзы. Он ужаснулся, узнав, что случайно оставил меня одного на каменном острове, и поклялся, что теперь совершенно точно доставит домой.
Плавание было долгим, и по пути я повидал много удивительных и замечательных вещей: плавучие острова, чернильных рыб, окрашивавших воду в красный и синий цвет, закаты, от которых море, казалось, вспыхивало огнём. Но самое большое счастье я испытал, увидев родную страну.
Я поклялся оставаться дома до конца своих дней. Однако через какое-то время мне снова захотелось приключений.
И тогда я стал планировать следующее путешествие…
Шахерезада закончила историю и замолчала.
– И что же случилось во время следующего путешествия? – с любопытством спросил султан.
Шахерезада улыбнулась.
– Тот же вопрос задали и гости Синдбада, – сказала она. – Он сказал им, что уже поздно, но обещал, что они узнают обо всём на следующий вечер. И ты тоже можешь это услышать, но, конечно, при условии, что оставишь меня в живых.
– Хорошо, – согласился султан, – я сохраню тебе жизнь ещё на один день.
На следующую ночь, когда султан лёг в постель, Шахерезада начала новую сказку…

Путешествие четвёртое. Король-людоед

Прожив спокойно несколько лет, я заскучал по приключениям. Тогда я купил ткани на продажу, нашёл корабль и заплатил капитану, чтобы он взял меня на борт.
Мы поплыли от одного порта к другому, от одного острова к другому, всё дальше и дальше удаляясь от дома.
В первые дни нам везло с попутным ветром, и корабль стремительно летел по пенящимся волнам. Однако потом разразился сильный шторм. Корабль отчаянно раскачивался, и мы, словно тряпичные куклы, летали от одного борта к другому. Когда волны стали ещё выше и опаснее, капитан приказал бросить якорь и молить богов, чтобы они оставили нас в живых.
Потом порыв ветра чудовищной силы разорвал парус в клочья и переломил мачту, как спичку. Зелёная волна высотой с гору надвинулась на корабль, и мы стали цепляться за то, что оказывалось под рукой. Когда же водяная гора обрушилась на палубу, всё вокруг окрасилось в зелёный цвет, и меня выбросило в открытое море.
Придя в себя, я увидел, что плаваю среди обломков дерева, и до моего слуха долетели стоны нескольких уцелевших моряков. Корабль разнесло в щепки.
Выжившие поплыли к самому большому куску дерева, плавающему на поверхности воды – чудом не сломавшейся балке с корабля. Мы забрались на неё и стали грести руками. Мы гребли целый день и в сумерках наконец достигли земли. Выбравшись на берег, мы легли и тут же уснули.
Утром мы чувствовали себя безмерно счастливыми, потому что удалось выжить, но в то же время нас терзал волчий голод. Мы решили отойти от берега и поискать какую-то еду.
Пройдя через освещённый солнцем перелесок, мы оказались в зелёной долине и увидели дворец. На первый взгляд он казался совершенно безопасным. Когда мы подошли поближе, тяжёлые двери распахнулись, и навстречу нам вышли четверо хорошо одетых мужчин. Не говоря ни слова, они окружили нас и торжественно провели внутрь дворца.
В зале на золотом троне сидел король. Он улыбнулся и протянул нам руки в знак приветствия.
– Наш корабль потерпел крушение, – не задумываясь выпалил один из моих спутников. – Мы умираем от голода и жажды и не знаем, что делать.
– В таком случае, может быть, вы разделите со мной трапезу, – тут же предложил король.
Он приказал открыть двери в соседний зал, где стоял длинный стол, заставленный аппетитными яствами.
Мои товарищи бросились к столу, поспешно расселись и принялись за еду. Однако я, несмотря на терзавший меня голод, колебался. Что-то настораживало меня, поэтому я просто сел к столу и стал наблюдать за происходящим.
Мои спутники никак не могли насытиться. Они запихивали еду в рот, пыхтели и повизгивали от жадности и ели… ели… ели… И вдруг у меня на глазах их облик начал меняться. Они становились всё толще и толще и вскоре уже не могли дотянуться руками до еды. Тогда, чтобы не упустить ни кусочка, они стали есть прямо с блюд, уткнувшись в них лицами. Под конец их тела раздулись и стали совершенно круглыми.
По обе стороны их туловищ свисали бесполезные руки и ноги. Глаза их затуманились, и казалось, что они пребывают в каком-то странном сне.
– Достаточно, – резко сказал король.
Я взглянул на него и увидел, что улыбка на его лице уступила место злобной усмешке. Он хлопнул в ладоши, и в зал вбежали слуги, вооружённые палками. Они оттащили моих товарищей от стола, а я поспешил затеряться между ними.
Нас отвели в какой-то загон возле дворца и оставили там на ночь. Дрожа от страха, я жался к своим товарищам. Когда я попытался заговорить с ними, то в ужасе понял, что они не понимают ни слова. Они тупо посмотрели на меня, а потом улеглись и уснули, словно всё происходящее было совершенно нормальным. А я так и не сомкнул глаз всю ночь.
Утром король в сопровождении одного из слуг пришёл в загон. Облизываясь, он внимательно осмотрел нас. Потом, выбрав самого толстого, он ткнул в него пальцем и сказал:
– Вот этого – на обед!
Слуга схватил несчастного, не оказавшего ни малейшего сопротивления, и поволок его прочь. А нас всех повели на поле.
Оказавшись там, мои товарищи начали рыться в траве и фыркать, как свиньи. Я сел поодаль и расплакался от отчаяния.
Подняв голову, я увидел, что пастух пристально смотрит на меня, сердце моё так и упало. Пастух поманил, чтобы я подошёл поближе. От страха дрожали колени, а кожа покрылась холодным потом, но я всё же приблизился к нему.
Пастух показал мне на вершину холма и прошептал:
– Беги сию же минуту, если хочешь остаться в живых. Беги вон туда!
Я испытал одновременно и ужас, и облегчение. Не в силах произнести ни слова, я кивнул и побежал что было сил.
Семь дней и семь ночей я бежал, чтобы уйти как можно дальше от этого страшного места. Я ел какие-то ягоды и корешки, которые удавалось найти, и пил воду из ручьёв, встречавшихся на моём пути. Я взбирался по каменистым тропинкам в горах, карабкался по скалам, прыгал через расщелины и в конце концов оказался по другую сторону горной гряды.
Воздух был чистым, небо сияло синевой, а внизу подо мной простиралась совершенно другая земля. Вдали я видел море, сверкавшее, словно драгоценные камни.
Я решил идти к берегу. На поле внизу какие-то мужчины собирали пряные травы. Когда я подходил к ним, живот так и сводило от страха. Вдруг и они окажутся людоедами? Но ноги сами несли меня к этим людям. Я был не в силах вернуться обратно.
Один мужчина добродушно улыбнулся, и меня охватило головокружительное чувство облегчения.
– Привет, – сказал он. – Откуда ты идёшь?
Я вкратце объяснил ему, где я побывал.
– Ах ты бедняга, – посочувствовал он. – Боюсь, твоим друзьям уже не помочь, но ты должен пойти с нами.
Добрые люди перевезли меня на лодке на свой остров, дорога заняла несколько часов. Когда мы вошли в порт, я преисполнился восхищением – город с высокими колоннами, башнями и куполами тянулся от берега до склонов холмов. Красивые здания были украшены изящной резьбой. Наконец-то я оказался в таком месте, где всё было мне по душе.
Сборщики пряностей объяснили, что каждого человека, приезжающего на остров, обязательно ведут к королю, который приветствует гостя. Так поступили и со мной.
Новые друзья дали монетку какому-то юноше, чтобы тот побежал во дворец и оповестил о нашем приходе. Потом меня повели по широким улицам, заполненным толпами приветливых людей, одни из которых везли тележки с пряностями, овощами и диковинными фруктами, а другие ехали верхом на красивых лошадях.
Я обратил внимание, что всадники не пользовались сёдлами. Мне показалось странным, что в таком богатом городе люди ездят на неосёдланных лошадях.
Королевский дворец поражал своей красотой. Его стены украшали причудливые узоры, выложенные крохотными, блестящими изразцами всех цветов – бирюзовыми, рубиново-красными, изумрудно-зелёными и ярко-жёлтыми.
Король стоял перед дворцом в окружении придворных, и при нашем приближении они заулыбались. Всех нас пригласили поужинать с королём.
Я рассказал новым знакомым о своих приключениях. Король был потрясён, узнав, что мне пришлось пережить.
Я также сказал ему, как мне понравилось его королевство, но не преминул упомянуть о том, что меня удивило.
– Почему, – поинтересовался я, – у вас в стране никто не пользуется седлом?
Король очень удивился.
– Седлом? – переспросил он. – Никогда не слышал такого слова. Что это?
Я объяснил ему, что такое седло и как оно выглядит.
– В седле ездить гораздо удобнее, чем на неосёдланных лошадях, – добавил я. – Думаю, что мог бы изготовить для вас седло, если, конечно, найду нужные материалы.
Король с восторгом принял моё предложение. Он направил меня к лучшим ремесленникам в городе и пообещал, что оплатит все расходы.
Я сделал несколько рисунков и договорился с плотником, который помог мне изготовить деревянную раму. Потом я нашёл подходящую кожу и натянул её на раму. По моей просьбе кузнец смастерил стремена, а ткач сделал длинное полотнище, с помощью которого я прикрепил стремена к седлу. После этого седло расшили богатыми узорами, достойными короля. И наконец, я надел седло на королевского коня и подвёл его к хозяину.
Сначала при виде седла король очень удивился. Потом он вскочил в стремена и проехал по саду вокруг дворца. Вернувшись, он широко улыбнулся.
– Мне нравится! – заявил он.
В награду за седло король подарил мне сундук, полный рубинов, а кроме того, приказал изготовить сёдла для всех его придворных. Я снял маленькую мастерскую, на втором этаже дома устроил себе спальню и принялся за работу.
После того как все придворные получили сёдла, ко мне посыпались заказы от богатейших людей города. За свою работу я всегда получал драгоценные камни – на острове было принято расплачиваться ими, а не золотом или серебром. Я делал всё новые и новые сёдла и сколотил на этом целое состояние.
Раз в неделю король приглашал меня на ужин и, судя по всему, был очень доволен моими успехами. Я завёл друзей среди придворных и познакомился с племянницей короля – самой очаровательной девушкой из всех, каких я когда-либо встречал.
Как-то вечером король сказал мне:
– Теперь почти у всех людей на острове есть сёдла. Что же ты будешь делать, когда у тебя не станет заказов?
– Куплю корабль, – радостно ответил я, – и найму команду, чтобы добраться до дома. Я полюбил вашу страну и ваш народ. Но слишком давно не был на родине.
Король изменился в лице. Его племянница, как я заметил, очень расстроилась.
– Как мы можем убедить тебя остаться? – с надеждой спросил король. – Может быть, если кому-то удастся завоевать твоё сердце, ты подумаешь над тем, чтобы обосноваться здесь?
Я внимательно следил за выражением лица королевской племянницы. Услышав слова своего дяди, она опустила глаза и покраснела.
– Может быть, я мог бы остаться, если бы и мне удалось завоевать чьё-то сердце? – осторожно спросил я.
Девушка подняла на меня сверкающие радостью глаза, и я понял её ответ.
Король проследил за моим взглядом и улыбнулся.
– Всё улажено! – воскликнул он. – Ты женишься на моей племяннице!
Он немедленно соединил наши руки и провёл церемонию, связавшую нас до конца жизни.
Поверьте, никогда ещё я не испытывал такого счастья. Я был настолько влюблён, что всерьёз думал о том, что мне уже никогда не захочется снова выйти в море. Я купил небольшой домик с прекрасным садом, и мы счастливо прожили в нём несколько месяцев. А потом случилось нечто ужасное.
Сестра моей жены вдруг тяжело заболела. Она была замужем за королевским советником и жила неподалёку от нас. Моя жена ухаживала за ней, а врач давал лекарства, но ей становилось всё хуже и хуже, и через неделю она умерла.
Её муж был убит горем.
– Никогда не думал, что моя жизнь закончится так рано! – рыдал он.
Я знал, что он очень любил свою покойную жену, но всё же его слова показались мне очень странными.
– Это её жизнь закончилась, а не твоя, – мягко сказал я. – Конечно, какое-то время тебе будет очень тяжело, но у тебя вся жизнь впереди, и надо найти в себе силы, чтобы жить дальше.
Мой свояк покачал головой.
– Ты не понимаешь, – ответил он. – В нашей стране есть обычай, согласно которому, если у человека умирает жена, его хоронят вместе с ней. Так что мне тоже предстоит умереть.
Эти слова настолько потрясли меня, что я не нашёлся что ответить.
На следующий день состоялись похороны, и на них пришли все, кого я знал. Мы отправились на кладбище, находившееся высоко на холмах. Откатив камень, закрывавший вход в могилу, туда опустили тело умершей женщины. Затем собравшиеся произнесли молитву и туда же отправили её мужа. С собой ему дали лампу, все его ценные вещи и миску с едой, чтобы он поужинал в последний раз.
Из-под камня, которым снова закрыли могилу, доносились рыдания. По лицам людей можно было понять, что все они сочувствуют несчастному, но, судя по всему, никому и в голову не приходило, что можно поступить иначе.
Через несколько дней после похорон моя жена сказала, что ей нездоровится. Вскоре она совсем разболелась. Я протёр ей лоб влажным полотенцем, сварил бульон и вызвал врача, чтобы тот дал ей лекарства. Однако не прошло и недели, как и моя дорогая жена скончалась.
Несколько горестных дней прошли, словно в тумане, а потом, прежде чем я опомнился, меня вслед за женой опустили в могилу на холме.
Когда тяжёлый камень перекрыл выход из могилы, я дал себе клятву, что сумею выбраться. Держа в руке единственную свечу, которую мне дали с собой, я огляделся по сторонам. Вместе со мной в могилу опустили драгоценные камни, которыми жители города когда-то расплачивались за сёдла.
«Если я не придумаю, как убежать, ничего из этого мне не понадобится», – подумалось мне.
Я пробирался вдоль стен пещеры, стараясь не обращать внимания на лежавшие вокруг скелеты и завёрнутые в саваны тела.
Выхода так нигде и не было видно, а вскоре огонёк свечи замигал и погас. Я оказался в кромешной темноте.
И вот когда я уже совсем отчаялся, то вдруг увидел в дальнем конце пещеры тонкий лучик света. Солнечный свет! Я бросился туда и начал что было сил копать руками землю и расшвыривать камни. Постепенно отверстие стало увеличиваться и наконец достигло такой величины, что я мог протиснуться через него.
Я высунул голову наружу. Оказалось, что прокопанное отверстие выходило на отвесный склон горы, возвышавшейся над бурным морем. Я понял, что, спрыгнув с такой высоты, остаться в живых невозможно. Поэтому забрался обратно в пещеру, осмотрел все вещи, похороненные вместе с покойниками, и придумал план действий.
Я вылил из двух бочонков вино и положил в них свои драгоценности, потом снова закупорил бочки и связал их вместе.
Потом связал друг с другом несколько полотнищ ткани, так, что у меня получилась длинная верёвка. Один её конец я привязал к бочонкам, а второй обмотал вокруг большого камня в пещере.
Когда всё было готово, я сел и съел всю пищу, которую мне оставили. Я не испытывал большого аппетита, сидя среди мертвецов, но не знал, сколько ещё времени пройдёт, прежде чем я смогу найти хоть какую-то еду.
Сказав последнее «прости» моей несчастной любимой жене, я протолкнул бочонки через дыру. Они полетели вниз и упали в морские волны. Потом я спустился по верёвке вслед за ними.
Оказавшись прямо над бочонками, я отпустил верёвку и прыгнул в море. Я понимал, что не смогу уплыть достаточно далеко на самодельном плоту, но изо всех сил грёб руками и всматривался в морскую даль в поисках проходящих кораблей.
Мне повезло, и на второй день плавания на пути встретился спасительный корабль. Команда сильно удивилась, обнаружив живого человека в таком безлюдном месте. Меня подняли на борт, накормили и дали чистую сухую одежду. Придя в себя, я рассказал им всё, что со мной случилось, и они хором сказали, что никогда не слышали ничего подобного.
Я хотел было расплатиться с командой драгоценными камнями, но эти добрые люди отказались взять их.
– Мы уже достаточно вознаграждены тем, что спасли человека, – сказали они и пообещали доставить меня домой.
Плавание было долгим, и по пути я повидал много удивительных и замечательных вещей: плавучие луга, усеянные цветами, плывущих под водой русалок, падающие звёзды с длинными хвостами, озаряющими небо. Но самое большое счастье я испытал, увидев родную страну.
Я поклялся оставаться дома до конца своих дней. Однако через какое-то время мне захотелось испытать новые приключения. И тогда я стал планировать следующее путешествие…
Шахерезада закончила историю и замолчала.
– И что же случилось во время следующего путешествия? – с нетерпением спросил султан.
– Тот же вопрос задали и гости Синдбада, – улыбнулась девушка. – Он сказал им, что уже поздно, но обещал, что они услышат обо всём на следующий вечер. И ты тоже можешь узнать, что было дальше, но, конечно, при условии, что ты оставишь меня в живых.
– Хорошо, – согласился султан, – я сохраню тебе жизнь ещё на один день.
На следующую ночь, когда султан лёг в постель, Шахерезада начала новую сказку…

Путешествие пятое. Морской старец

Я спокойно прожил несколько лет и совершенно забыл обо всех ужасах, связанных с королём-людоедом и могилой на склоне холма. Но в какой-то момент я соскучился по морским путешествиям. Поэтому, взяв немного денег из своих сундуков, купил несколько отрезов красивого дорогого шёлка и отправился в порт, чтобы подыскать себе корабль.
На верфи я увидел новый фрегат с блестящей палубой, высокими мачтами и красивыми белыми парусами. Я тут же купил его и нанял капитана и команду, чтобы отправиться плавание. Шесть купцов заплатили мне, чтобы я взял их с собой в путешествие.
В тот день, когда мы отплыли, стояла чудесная погода, дул попутный ветер, и несколько недель мы спокойно плыли от одного порта к другому, от одного острова к другому, продавая товары и закупая новые.
В один прекрасный день наш корабль встал возле маленького островка. Бросив якорь, мы сошли на берег, чтобы отдохнуть и собрать фрукты в дорогу. Мы пошли в лес и заметили вдали, за деревьями, какое-то строение белого цвета. Один из купцов залез на дерево и крикнул:
– Тут какой-то купол. Пойдёмте посмотрим, может быть, там кто-то живёт.
Прокладывая путь среди густых деревьев, мы дошли до поляны, на которой стоял купол. Мои спутники с интересом обежали его, ощупали стены и воскликнули:
– Где же дверь?
Я сразу понял, с чем мы имеем дело.
– Это не здание, – сказал я. – Это яйцо гигантской птицы Рух. Я видел такое во время своего второго путешествия.
– Птичье яйцо? – недоверчиво переспросил один из купцов. Он поднял с земли камень и что было сил швырнул его в яйцо. – Если это и вправду яйцо, значит, его можно разбить.
К моему ужасу, все остальные тоже стали кидать камни.
– Остановитесь! – умолял я.
Вдруг раздался громкий треск – КР-Р-РАК! – и по стенке яйца пробежала тёмная извилистая трещина.
Мне стало очень страшно.
– Если птица Рух увидит, что мы разбили яйцо, она убьёт нас всех! – закричал я.
Однако, услышав мои слова, купцы только засмеялись.
– Это всего лишь птица, – презрительно сказал один из них. – Неужели она настолько злобная?
В этот самый момент огромная тень заслонила солнце над нашими головами. К нам стремительно приближалась не одна, а целых две птицы Рух. Мои спутники побледнели, а их глаза расширились от ужаса и стали размером почти с тарелку.
Птицы испустили пронзительные крики, и мы, дрожа от страха, зажали уши руками.
– Бегите, спасайтесь! – закричал я и бросился наутёк.
Птицы пикировали на нас, и люди разбегались в разные стороны, ища укрытия под деревьями. Мы что было сил бросились бежать к кораблю, поспешно забрались на него и отплыли от берега.
Оглянувшись, мы увидели, что птицы преследуют корабль, причём каждая из них несла в когтях огромный камень. Вот первая птица догнала корабль и сбросила на палубу обломок скалы размером со слона.
Капитан резко повернул штурвал, и корабль развернулся, опасно накренившись на борт. Камень, чудом не задев нас, упал в воду.
Огромная волна, вызванная его падением, завалила корабль на бок, и палуба поднялась почти вертикально. Беспомощные пассажиры срывались в воду.
– Люди за бортом! – кричал капитан, безуспешно пытаясь выровнять корабль.
Как раз в этот момент и вторая птица сбросила на нас камень величиной с дом. Он пробил насквозь палубу и разнес её в щепки. В дыру хлынула вода, и корабль начал тонуть.
А тем временем первая птица швырнула на нос тонущего судна очередной камень, который по размерами напоминал дворец. Последнее, что я услышал перед тем, как погрузился в воду, были торжествующие крики птиц Рух.
Когда мне удалось выплыть на поверхность моря, я увидел, что остался один среди обломков корабля. Увы, морская пучина поглотила всех моих спутников.
Я уцепился за две разбитые доски, кое-как подтянул к себе ещё два куска дерева поменьше и начал грести. К счастью, вскоре мне удалось доплыть до другого острова. Я выбрался на берег и возблагодарил богов за то, что они спасли мне жизнь.
Красивый остров зарос тропическими деревьями, среди которых летали птицы с ярким оперением. Я нашёл чистую речку с берегами, покрытыми множеством фруктовых деревьев, на ветках которых росли всевозможные ароматные красные и жёлтые плоды. Я нарвал их и наелся досыта.
Потом мне пришло в голову пойти вдоль реки, чтобы добраться до середины острова, и вдруг за поворотом я увидел сидевшего под деревом старика. Удивившись этой встрече, я воскликнул:
– Добрый день, сударь!
У старика были длинные седые волосы и всклокоченная борода, в которой запутались раковины и морские звёзды. Он сидел, мрачно вглядываясь в воду, и ничего не ответил на моё приветствие.
– Вы хорошо себя чувствуете? Я могу вам чем-то помочь?
Старик поднял на меня глаза и кивнул. Он показал пальцем на другой берег реки, потом на меня, потом на себя.
– Вы хотите, чтобы я перенёс вас на другой берег? – спросил я.
Глаза старика оживились, и он снова кивнул. Я усадил его себе на плечи и вошёл в воду.
Старик оказался куда тяжелее, чем я ожидал, он крепко обхватил ногами мою шею.
Дойдя до противоположного берега реки, я опустился на колени, чтобы старик мог сойти на землю, но старый негодяй лишь крепче сжал колени.
– Ну, в чём дело? – спросил я.
Он ударил меня пятками по бокам, словно пришпорил осла, и показал на ближайшее фруктовое дерево.
– Вы хотите набрать фруктов? – спросил я.
Старик сорвал несколько плодов и начал жадно есть. Капавший из них сок заливал мне голову.
– Позвольте-ка, – сказал я уже не так любезно. С этими словами я вновь попытался спустить его со своих плеч на землю, но старик так крепко сдавил мою голову своими коленями, что мой череп чуть не треснул.
– И как долго вы намереваетесь на мне ездить? – раздражённо воскликнул я.
Ещё один удар по бокам заставил меня двинуться вперёд. Я бегал от одного дерева к другому, а старик рвал фрукты и лакомился ими в своё удовольствие.
В конце концов я потерял терпение.
– Хорошенького понемножку! Слезай! – завопил я. Встав на четвереньки, я попытался столкнуть с плеч старика, но он только крепче сжимал мою шею, так, что я уже с трудом дышал. В отчаянии я попытался раздвинуть его ноги, но он продолжал стискивать их, и в конце концов у меня закружилась голова. Я рухнул на землю и потерял сознание.
Придя в себя через какое-то время, я с ужасом понял, что старик по-прежнему сидит у меня на плечах. Увидев, что я очнулся, он что-то пробурчал и ударил меня пятками по бокам, чтобы я поднимался.
Целый день я возил старика по острову. Он направил меня на поле, заросшее оранжевыми тыквами с толстой кожурой. Сорвав одну из них, он погнал меня к реке, дно которой было усеяно острыми камнями. Там он показал мне на камни, и я, повинуясь его указаниям, поднял два из них. С помощью одного камня старик разрезал кожуру тыквы. Пока он этим занимался, я потихоньку спрятал второй камень в карман, решив, что позже смогу им воспользоваться.
Старик протянул мне кусок тыквы. Вначале я обрадовался и подумал, что теперь он станет ко мне добрее. Но очень скоро стало понятно, что дело было вовсе не в доброте – просто старик понимал, что я не смогу возить его, если упаду в обморок от голода. Впрочем, тыква была очень вкусной – мягкая, сладкая, с хрустящими белыми семечками. Старик подгонял меня, нетерпеливо стуча пятками по моим бокам, пока я поспешно заканчивал свою трапезу.
К этому времени солнце уже стало клониться к закату. Старик погнал меня в лес, где мы нашли заросли мягкого мха, на котором можно было спать. Я лёг, но старик по-прежнему крепко цеплялся за меня, и я с тоской размышлял о том, стану ли когда-нибудь снова свободным.
В ту ночь я не сомкнул глаз. Глядя в небо, усыпанное мерцающими звёздами, я напрягал свой усталый мозг, пытаясь придумать план побега.
Утром мы снова отправились за фруктами. Пока старик жадно ел, я воспользовался припрятанным камнем, чтобы срезать верхушку с одной тыквы и выскоблить её сердцевину. Когда старик погнал меня дальше, я забрал полую тыкву с собой.
Вечером, когда старик уснул, я сорвал несколько длинных стеблей травы, до которых сумел дотянуться, и сплёл их вместе, чтобы получилась верёвка. Потом я проделал дырку в тыкве и привязал к ней верёвку.
На следующее утро мы остановились под пальмой, чтобы нарвать бананов. Я быстро привязал свою тыкву к дереву и сделал надрез на стволе над ней. Сок, капавший из разреза, стекал в тыкву.
Спустя два дня, когда мы снова проходили мимо этого дерева, я снял с него тыкву, понюхал её содержимое и радостно улыбнулся. Всё случилось так, как я и планировал: сок превратился в пальмовое вино.
Увидев, что я делаю, старик начал бить меня по голове. Я отдал ему тыкву. Он отпил глоток и радостно засмеялся. Вино пришлось ему по вкусу! Он запрокинул голову и жадно выпил всё до последней капли. Конечно, он сразу опьянел. Старик раскачивался на моих плечах, распевая хриплым голосом песню на непонятном для меня языке. Я с трудом удерживал равновесие, стараясь не упасть.
Песня становилась всё более неразборчивой, и наконец он всем телом навалился на мою голову и захрапел. Постепенно его ноги разжались, освободив мою шею. Я осторожно уложил его на траву и отбежал подальше. Наконец-то я был свободен!
Растирая ноющие плечи, я устремился к берегу. Несколько часов я просидел на песке, вглядываясь в горизонт. Наконец я увидел вдали белый парус. Это был корабль, и он направлялся прямо к острову.
Корабль бросил якорь, и несколько моряков сошли на берег, чтобы набрать свежей воды. Я подбежал и радостно приветствовал их. Они оказались очень дружелюбными и предложили мне отправиться в плавание вместе с ними.
Мы отплыли довольно далеко от берега, и только после этого я рассказал им о странном старике.
– Так это же был Морской Старец! – воскликнул капитан. – Я слышал разговоры о том, что ему понравилось жить на суше. Однако он не умеет ходить, поэтому ездит на тех, кто, по своей глупости или доброте, подойдёт к нему достаточно близко, пока они не умрут от истощения. Вам повезло, что вы сумели уцелеть и сбежать от него!
Мы причалили к другому острову, и меня попросили помочь команде набрать камешки на берегу. После этого мы двинулись вглубь острова, где на деревьях резвились сотни мартышек.
Матросы стали кидать камешками в мартышек. Вначале я удивился такой жестокости, но потом понял, что они задумали. Разозлившиеся мартышки с громкими криками стали в ответ бросать в людей кокосы. Очень скоро земля вокруг нас оказалась усеяна вкусными плодами.
Мы подобрали кокосы и поплыли к другому острову, где в порту был большой базар.
Там мы продали кокосы и заработали немного денег.
Я заметил, что почти все женщины, пришедшие на рынок, носили украшения из жемчуга – ожерелья, кольца и пуговицы; даже корзины для покупок были изукрашены жемчугом. Я поинтересовался у одной из женщин, откуда у жителей острова берутся деньги, чтобы покупать столько драгоценностей.
– О, жемчуг здесь почти ничего не стоит, – ответила она. – В прибрежных водах так много жемчужных раковин, что мы делаем из него почти всё.
В тот же вечер я потратил практически все деньги, вырученные от продажи кокосов на то, чтобы купить четыре мешка жемчуга. Оставшимися монетами я оплатил место на корабле, который доставил меня домой.
Плавание было долгим, и по пути я повидал много удивительных и замечательных вещей: китов, выбрасывающих радужные фонтаны, выдр, плавающих на спине, цветы, растущие прямо из моря. Но самое большое счастье я испытал, увидев родную страну.
Я поклялся оставаться дома до конца своих дней. Однако через какое-то время мне захотелось испытать новые приключения. И тогда я стал планировать следующее путешествие…
Шахерезада закончила историю и замолчала.
– И что же случилось во время следующего путешествия? – стал допытываться султан.
Шахерезада улыбнулась:
– Тот же вопрос задали и гости Синдбада. Он сказал им, что уже поздно, но обещал, что они услышат обо всём на следующий вечер. И ты тоже можешь это узнать, но, конечно, при условии, что ты оставишь меня в живых.
– Хорошо, – ответил султан, – я сохраню тебе жизнь ещё на один день.
На следующую ночь, когда султан лёг в постель, Шахерезада начала новую сказку…

Путешествие шестое. Земля сокровищ

К этому времени я уже стал богатым человеком, так что спокойно и счастливо прожил дома несколько лет. Однако как-то вечером ко мне в гости пожаловали несколько друзей-купцов. Они наперебой рассказывали о своём недавнем путешествии в дальние страны. После их ухода я почувствовал острое желание снова отправиться в плавание…
Я закупил шёлк, снова купил корабль, нанял капитана и команду, взял на борт ещё несколько купцов, и мы отплыли. На протяжении нескольких недель мы спокойно плыли от одного порта к другому и от одного острова к другому, продавая товары и закупая новые.
Потом, в один прекрасный день, когда море казалось спокойным и гладким, как зеркало, неизвестно откуда налетел ураган. Страшный порыв ветра сбил нас всех с ног и повалил на палубу. Паруса надулись, и корабль полетел вперёд с невероятной скоростью.
Мы лежали, прижимаясь к палубе, словно придавленные к ней рукой какого-то великана, и не могли ничего поделать. Корабль всё быстрее и быстрее нёсся по волнам. И внезапно, прежде чем мы успели понять, что происходит, его выбросило на берег.
Острые скалы пробили палубу насквозь, и корабль перевернулся вверх дном. Все мы посыпались с палубы, как горох. И в тот же момент ветер стих так же внезапно, как и налетел. От наступившей тишины зазвенело в ушах, и мы с трудом поднялись на ноги, пытаясь разглядеть что-то через обломки разбитого судна.
Мы находились на каменистом берегу, усеянном обломками других кораблей. Вокруг громоздились изорванные паруса, сломанные мачты, разбитые бочки, ржавые якоря и прочие куски и осколки. А ещё здесь было множество скелетов – выбеленные солнцем кости моряков, которые потерпели кораблекрушение ещё раньше.
– То же самое ждёт и нас, – уныло сказал капитан.
– Нет, если мы сумеем что-то предпринять, – возразил я, стараясь казаться храбрее, чем чувствовал себя на самом деле.
Имевшейся у нас еды и воды хватило бы только на неделю, поэтому мы стали обшаривать берег в поисках источника пресной воды и какого-то пропитания. Ничего найти не удалось.
– Мы могли бы наловить рыбы, – предложил я, – но без пресной воды нам не выжить.
На небе не было ни облачка, и сам остров выглядел так, словно бы на нём никогда не шли дожди. Пыльные скалы сменялись каменистыми горами, на которых ничего не росло.
– Ну, где-то же должна быть река, – обнадёжил я товарищей. – Давайте поищем подальше от берега.
Мои спутники, сидевшие на берегу среди обломков корабля, мрачно посмотрели на меня.
– А вдруг, когда мы уйдём, мимо проплывёт какой-нибудь корабль? – сказал один из них.
– Кто-то один может остаться, пока остальные пойдут искать воду, – предложил я.
– У нас мало еды. Нам надо беречь силы, – запротестовал другой.
– Но без воды мы точно умрём! – возразил я. – Капитан, вы пойдёте со мной?
Капитан покачал головой.
– Если мне суждено умереть, – ответил он, – то я предпочту это сделать рядом со своим кораблём.
Я пытался спорить с ними, но ни один из моих спутников не захотел уходить с берега. Тогда я взял свою долю пищи и воды, прихватил с собой несколько пустых бутылок и в одиночку отправился в горы.
Я шёл несколько дней подряд, останавливаясь на ночлег там, где меня заставала темнота. Я ел и пил совсем понемногу, чтобы моих запасов хватило как можно дольше. На восьмой день я проглотил последнюю каплю воды. Я понимал, что, если мне не удастся найти источник, я смогу прожить ещё день или два, не больше.
День выдался жарким, я шёл, едва передвигая ноги, и в горле у меня пересохло. В полдень я лёг в тени большой скалы и закрыл глаза. Стояла такая тишина, что я слышал только собственное дыхание.
Потом постепенно в воздухе стало можно различить ещё какой-то звук, что-то вроде «Трль-ль-ль-ль». Звук нежно шелестел и убаюкивал, и я почти заснул, как вдруг до меня дошло – это журчала вода!
Вскарабкавшись по скале, я увидел огромный, блистающий водопад. Вода сверкала, словно поток драгоценных камней, а капельки тумана вокруг водопада переливались всеми цветами радуги. Ещё ни одно зрелище не вызывало у меня такого восторга. Вода!
Я подставил ладони под гремящий поток и поднёс воду к губам. Холодная пресная вода вернула меня к жизни. Я пил и пил, пока не почувствовал, что больше не могу сделать ни одного глотка.
Только после этого я обратил внимание, что водопад был не совсем обычным. Падающий со скал поток не впадал в озеро или реку, а уходил в пропасть и исчезал под землёй. Кроме того, берега вокруг водопада были усеяны мерцающими изумрудами, рубинами и сапфирами.
Впрочем, драгоценности волновали меня куда меньше, чем судьба моих товарищей, оставшихся на берегу. Я наполнил водой принесённые с собой бутылки и отправился в обратный путь.
Дорога снова заняла несколько дней. Я выбежал на берег с криком:
– Вода! Я нашёл воду!
Мне никто не ответил.
Я до сих пор с ужасом вспоминаю зрелище, представшее перед глазами.
Мои спутники, все до одного, лежали на берегу мёртвыми. Думаю, они умерли от жажды. Я похоронил их в песке, и моё сердце разрывалось от горя. Потом, ослабев от голода и потрясений, я потерял сознание.
Очнувшись на рассвете, я сразу же твёрдо решил, что не хочу разделить участь своих товарищей. Я отыскал среди обломков немного сухарей и стал грызть их, размышляя над тем, что же мне делать дальше. Надеяться на то, что меня подберёт какой-нибудь корабль, не приходилось. Любое судно, осмелившееся подойти близко к этим берегам, неизбежно разбилось бы о скалы. Единственной надеждой оставалась подземная река. Я решил следовать по её течению – это было опасно, но в таком отчаянном положении я не смог придумать ничего другого.
Я взял бутылки с водой, верёвки, мешки, нож и последние сухари и пошёл обратно к водопаду.
Добравшись до него, я наломал ветки со стоявшего неподалёку дерева и связал их вместе наподобие плота. Наполнив мешки драгоценными камнями, разбросанными вокруг водопада, я привязал их к плоту. Потом, прошептав слова молитвы, поднял свой плот и бросился вместе с ним в водопад.
Под рёв воды я провалился в чёрную бездну. Ледяная вода сомкнулась над головой. Я вынырнул на поверхность, забрался на плот, и поток стремительно понёс меня под землёй. Вцепившись в плот изо всех сил, я безнадёжно вглядывался в непроницаемый мрак.
Плот бился о стенки узкого прохода, мой тюрбан то и дело задевал низкий свод. Потом проход сузился ещё больше. Мне пришлось пригибаться всё ниже и ниже, но вскоре стало так тесно, что я мог продвигаться вперёд, только лёжа на животе. Только бы плот не уткнулся в глухую стену.
В какой-то момент я почувствовал, что поток воды устремился куда-то вниз. Я покрепче ухватился за верёвки, связывавшие плот, и полетел в темноту.
Внезапно меня ослепил яркий свет. Подземная река вышла наружу, и я очутился на краю скалы, окружённой белым облаком водяных брызг. Вместе с плотом я погрузился глубоко в ледяную воду. Потом меня выбросило на поверхность, и тут же на мою голову обрушился поток воды такой силы, что показалось, будто меня ударили железным молотом.
Всё это случилось так быстро, что я только потом сообразил, что попал в новый водопад и лишь чудом остался в живых.
Я подтолкнул плот в сторону спокойной реки, отходившей от водопада, и поплыл по течению. Страна, где я очутился, совершенно не походила на мою родину. По обоим берегам реки раскинулись поля, усеянные весенними цветами. Я не видел никаких деревьев или кустов – только густую траву, из которой местами выглядывали сверкающие скалы.
Вдали показался город, причём крыши домов и купола сверкали так же ярко, как и все скалы. Подплыв поближе, я понял, в чём дело: камни, служившие для строительства, были сплошь усыпаны драгоценностями. Город сиял блеском изумрудов, сапфиров и алмазов.
Река несла меня к центру города. Не успел я и глазом моргнуть, как проплыл под сверкающим мостом и оказался в центре рыночной площади. Каждый кусочек стен домов, даже самых маленьких, был покрыт драгоценными камнями. Это зрелище так потрясло меня, что я не сразу заметил, как удивились горожане моему появлению.
Люди бежали к берегу, чтобы посмотреть на меня.
– Привет! – кричали они. – Откуда ты взялся?
Река в этом месте была широкая и спокойная, так что мне удалось причалить к берегу. Люди помогли мне вытащить плот, с которым они обращались с большой осторожностью. Какой-то старик любезно приветствовал меня:
– Добро пожаловать, чужеземец! Согрейся у моего очага, и я накормлю тебя. Ты, судя по всему, голоден.
Несколько мужчин из толпы отнесли мой плот к дому старика и аккуратно поставили его около двери.
– Благодарю, вы очень добры, – сказал я, немного удивившись тому, с какой заботой они отнеслись к моему потрёпанному средству передвижения.
Завернувшись в тёплое одеяло и съев немного горячего супа, я рассказал старику о своих приключениях. Закончив, я развязал один из своих мешков, достал оттуда сапфир и протянул его хозяину со словами:
– Я хотел бы каким-то образом отблагодарить вас за гостеприимство!
Старик улыбнулся, но выглядел он при этом озадаченным, словно бы я предложил ему какой-то булыжник.
– Все вокруг настолько богаты, – сказал я нерешительно. – Наверное, здесь неплохо живётся.
Старик, казалось, смутился. Потом, посмотрев на мой плот, он сказал
– Здесь нет никого, кто мог бы сравниться по богатству с тобой!
– Но вы же просто утопаете в драгоценностях! – воскликнул я.
Старик пожал плечами.
– Здесь, в Серендибе, драгоценные камни не стоят ровным счётом ничего. Десяток на грош! А у тебя есть дерево! Вот что у нас действительно дорого и очень редко встречается.
Я посмотрел на свой побитый плот, а потом оглядел комнату. Только теперь я заметил, что в ней совсем не было ничего, сделанного из дерева, – даже спичек! Камин топился сухим торфом. Стол и стулья были вырезаны из камня. Ложка, которой я ел, все тарелки и горшки оказались сделаны из металла.
– Неужели у вас в стране не растут деревья? – спросил я.
Старик покачал головой, и его глаза заблестели.
– Нет, но я слышал рассказы о них. Ты знаешь, есть страны, где деревья растут сотнями, одно рядом с другим! Как же, должно быть, богаты люди в этих странах!
Я с трудом сдерживал улыбку, глядя на его дом, сплошь усыпанный драгоценными камнями.
– Я хотел бы кое-что предложить тебе, – сказал старик. – Ты говоришь, что потерпел кораблекрушение и остался ни с чем. Но ты мог бы выручить небольшое состояние за свой плот. Хочешь, я помогу тебе продать его?
– Разумеется! – воскликнул я.
К тому времени, как мы со стариком дошли до рыночной площади, вести обо мне распространились по всему городу, и целые толпы сбежались посмотреть на меня, а главное, на мой плот.
На площадь пришли и несколько почтенных господ, которые сразу же подошли поближе, как только старик объявил, что плот выставлен на продажу.
– Я даю за него сундук золота! – закричал один из них.
Потрясённый, я уже открыл было рот, чтобы дать согласие, но старик положил руку мне на плечо, словно говоря: «Подожди!»
– Два сундука! – закричал другой господин.
– Три!
– Пять!
Я остолбенел. Неужели несколько кусков старого дерева могли представлять такую ценность для этих людей?
Вдруг позади толпы началось какое-то движение, а потом властный голос произнёс:
– Я дам тебе двадцать сундуков золота за твой плот!
Толпа расступилась, пропуская высокого человека в пурпурном одеянии и в золотой короне на голове. Все опустились перед ним на колени.
– Продано королю! – провозгласил старик.
Король подошёл и поздоровался со мной.
– Я также буду рад пригласить тебя в гости, – сказал он. – Думаю, ты можешь поведать мне много интересного.
В тот вечер я ужинал с королём. Он расспрашивал меня о путешествиях и о родной стране, а сам рассказывал о своём королевстве. К концу вечера мы подружились.
– Наверное, ты скучаешь по дому, – заметил король. – Поэтому завтра же я отправлю тебя обратно на прекрасном золотом корабле, загруженном подарками и для тебя, и для правителя твоей страны.
Плавание было долгим, и по пути я повидал много удивительных и невероятных вещей: странных людей с крыльями на спине, летучих рыб, огромные стада коров, живущих под водой. Но самое большое счастье я испытал, увидев родную страну.
Вернувшись домой, в Багдад, я нанёс визит халифу, правившему моей страной, и вручил ему подарки. Он с интересом выслушал рассказ о короле Серендиба, который ценил дерево больше, чем изумруды и рубины.
– Я должен послать ему кое-что в ответ, – сказал он. – И именно ты, Синдбад, отвезёшь мои подарки!
Я уже был сыт по горло своими приключениями, поэтому мне вовсе не хотелось отправляться в новое плавание. Но, несмотря на это, я стал планировать седьмое и последнее путешествие…
Шахерезада закончила историю и замолчала.
– И что же случилось во время следующего путешествия? – спросил султан.
Шахерезада улыбнулась:
– Тот же вопрос задали и гости Синдбада. Он сказал им, что уже поздно, но обещал, что они услышат обо всём на следующий вечер. И ты тоже можешь это услышать, но, конечно, при условии, что оставишь меня в живых.
– Хорошо, – ответил султан, – я сохраню тебе жизнь ещё на один день.
На следующую ночь, когда султан лёг в постель, Шахерезада начала новую сказку…

Путешествие седьмое. Остров слонов

Когда халиф сказал мне, что я должен отвезти какие-то подарки королю, с которым познакомился в предыдущем путешествии, я понял, что у меня не остаётся выбора, и мне придётся снова отправиться в плавание. Боги послали нам попутный ветер и спокойное море, и мы без всяких затруднений добрались до страны сокровищ – Серендиба.
Король очень обрадовался, увидев меня, а подарки так понравились ему, что он приказал погрузить на мой корабль ещё больше драгоценностей, предназначавшихся халифу.
К сожалению, на пути домой нас ждали неприятности. На третий день плавания мы увидели вдали другой корабль.
– Пираты! Пираты!
Мы поспешно развернули корабль и поплыли в обратную сторону так быстро, как только могли. Увы, корабль, тяжело нагруженный сокровищами, не мог развить большую скорость. Пираты быстро настигли нас, взяли судно на абордаж и высадились на него.
Угрожая блестящими острыми ножами и грубыми окриками, они согнали нас в центр палубы и связали вместе. Потом они перегрузили драгоценности с нашего корабля на свой, перетащили туда же и нас и бросили в трюм.
Весь день и всю ночь мы жались друг к другу в темноте, умирая от страха и гадая, что с нами станется. Утром корабль зашёл в шумный порт. Люк распахнулся, и нас, ослеплённых ярким светом, выволокли наружу.
Пираты отвели нас на рынок, чтобы продать в рабство. Мы стояли, закованные в цепи, а люди глазели на нас, тыкали пальцами и спорили с пиратами относительно того, сколько мы можем стоить.
Некий туземец, важного вида, с ожерельем из слоновой кости на шее, купил меня за одну золотую монету.
Потом он отвёл меня к своей тележке, велел сесть сзади и привязал. Мы отправились в путь по ухабистой дороге и вскоре добрались до деревушки, состоявшей из глиняных домов с соломенными крышами.
Все люди, мимо которых мы проезжали, останавливались и кланялись моему новому хозяину. Я понял, что он, наверное, был главным в этой деревне.
Мы остановились у самой большой хижины. Хозяин завёл меня во двор, развязал и дал миску с едой и немного воды. Когда я поел, он наклонился и сказал:
– Слушайся меня, и я буду хорошо с тобой обращаться. А не будешь слушаться – я тебя убью.
На ночь хозяин запер меня в маленькой хижине. На следующее утро он открыл дверь и сказал:
– Выходи.
Я позавтракал во дворе, а хозяин в это время точил стрелы.
– Всё, что от тебя требуется, – сказал он мне, – это убивать слонов и приносить мне их бивни. Ты когда-нибудь раньше убивал слонов?
Я грустно покачал головой.
Хозяин заметил выражение моего лица.
– Слоны плохие, – сказал он. – Как только им представляется случай, они убивают людей. Слоны приходят в деревню, разрушают наши дома и даже топчут наших детей. Нам не остаётся ничего иного, кроме как убивать их.
Он отвёл меня в лес, находившийся за деревней.
По дороге я увидел множество раздавленных домов, главным образом возле леса. Жители пытались восстановить свои жилища, и я обратил внимание, что многие из них носили ожерелья из резной слоновой кости.
Мой хозяин завёл меня в лес и остановился возле огромного дерева.
– Забирайся повыше, – приказал он строго. – Когда слон приблизится, убей его прежде, чем он убьёт тебя. А когда зайдёт солнце, возвращайся домой. И принеси бивни, не то тебе будет плохо.
Хозяин ушёл обратно в деревню, а я залез на дерево и стал ждать.
Вскоре я услышал, как захрустели ветки, и понял, что ко мне приближается слон. Я поднял лук, натянул тетиву и стал напряжённо ждать.
Этот слон оказался самым великолепным из всех виденных мною животных. Он был огромным, широколобым и с длинными, блестящими бивнями. Пройдя между деревьями, он заметил меня. Не спуская с меня глаз, он злобно заревел, и от этого рёва листья посыпались с деревьев.
Дрожа от ужаса, я нацелил кончик стрелы на разъярённого слона. Он мог бы без труда скинуть меня с дерева, как какой-нибудь плод, и растоптать ногами.
«Надо убить его, – подумал я, – прежде, чем он убьёт меня».
Однако что-то в глазах слона заставило меня остановиться.
Я медленно опустил лук и стал ждать. Слон поднял хобот и вырвал у меня из рук лук и стрелу. Потом он совершенно спокойно разломал их, словно это были спички, и швырнул обломки на землю.
Он обвил свой хобот вокруг моего тела. Посадив меня на спину, слон побежал куда-то через лес. Я сидел верхом на его огромной могучей спине, и при мысли о том, что меня ожидает, сердце колотилось всё сильнее.
Слон громко затрубил, и от этого звука словно задрожала земля. Из чащи леса донёсся ответный трубный звук. Один за другим из леса вышли остальные слоны и выстроились в цепочку за нами.
Там было примерно пятнадцать слонов, в том числе два детёныша с мохнатыми головами, которые поднимали вверх свои короткие хоботы и забавно повизгивали, семеня рядом со своими матерями.
Мы уходили всё дальше и дальше в лес и наконец достигли солнечной поляны. Слоны остановились. От открывшегося зрелища у меня захватило дух.
На поляне лежали голые кости, некогда принадлежавшие, должно быть, сотням слонов. Они были аккуратно сложены, а вокруг и между ними росли цветы. Более старые кости были обвиты плющом; вокруг свежих скелетов лежали цветы. Это было слоновье кладбище.
Всё стадо стояло и молча смотрело на останки своих родичей. Пара слонов хоботами уложила кости поровнее и стряхнула с них засохшие листья.
Рассматривая кладбище, я заметил, что ни у одного из скелетов не было бивней. Были там и скелеты маленьких слонов – не больше, чем те слонята, которые сейчас забились под брюхо своих матерей.
Я вдруг поймал себя на том, что стал думать о слонах совсем по-другому. Они платили своими жизнями за эти бивни. И им приходилось защищаться. Я должен был сделать что-то, чтобы остановить эту кровавую бойню.
Я не представлял, каким образом слон может понять меня, но тем не менее я обратился к нему:
– Меня послали, чтобы убить тебя и забрать твои бивни. Я хочу рассказать людям, пославшим меня, о том, что я здесь увидел, и попросить их, чтобы они больше не нападали на вас. Ты хочешь пойти со мной и показать, что ты способен быть добрым и мирным?
Слон затрубил и тронулся с места. Он повёл своё стадо через лес, прошёл мимо дерева, под которым валялись мои сломанные лук и стрелы, и вошёл в деревню.
Увидев, как слоны идут мимо наполовину восстановленных домов, люди в ужасе бросились бежать. Жители деревни стояли с оружием в руках в дверях своих домов, однако торжественное шествие целого стада слонов производило такое впечатление, что никто не решался выстрелить.
Мы остановились перед домом моего хозяина.
– Я принёс тебе бивни, как ты и просил, – сказал я. – Но оставил их на слоне.
Хозяин вышел из дома.
– Т-ты что, демон? Ты умеешь приручать слонов? – заикаясь от страха, произнёс он.
– Я не приручал их, – ответил я. – Думаю, скорее, это они приручили меня. В любом случае они пришли сюда, чтобы показать тебе, что человек и слон могут жить в мире. Слоны нападают на вас, потому что вы убиваете их ради бивней!
– Это звери! – возмущённо закричал мой хозяин. – Они не могут рассуждать так, как ты!
– Сегодня они показали мне слоновье кладбище, – сказал я. – Они оплакивают гибель своих родичей, точно так же, как и вы.
– Откуда ты знаешь, что они перестанут досаждать нам, если мы перестанем оборонять свою деревню? – раздался голос за моей спиной, и, повернувшись, я увидел жителей деревни, робко толпившихся вокруг стада слонов.
– Если вы позволите им спокойно уйти из деревни и прекратите истреблять их, они оставят вас в покое, – ответил я, надеясь, что мои слова окажутся правдой.
– Очень хорошо, – сказал мой хозяин, – мы попробуем.
Жители деревни расступились, чтобы дать дорогу слонам. Слон-предводитель осторожно обхватил меня хоботом, снял со своей спины и опустил на землю перед хозяином.
Потом, едва заметно кивнув мне головой, исполинское животное повернулось и повело своё стадо прочь из деревни. Люди выстроились вдоль дороги и смотрели на них, вытаращив глаза от изумления.
Мой хозяин нахмурился.
– Ты ведёшь себя не так, как подобает рабу, – сказал он.
– Ни один человек не рождён, чтобы быть рабом, – ответил я.
– Ну, коль скоро ты уговариваешь нас отказаться от привычного нам образа жизни, подскажи, как, по-твоему, жители деревни смогут заработать деньги? – спросил хозяин. – Обычно мы продавали украшения из слоновой кости купцам с проплывающих кораблей. А теперь нам будет нечего продавать.
Я на мгновение задумался. Потом я вспомнил о своём предыдущем путешествии и о королевстве, которое я посетил.
– Я сам занимаюсь торговлей, и мне посчастливилось найти страну, в которой дерево ценится гораздо больше, чем драгоценные камни, – сказал я. – Вы умелые мастера – так используйте своё умение, чтобы вырезать разные изделия из дерева, и продавайте их в ту страну. С вашего разрешения, я даже могу отвезти вас туда и представить королю.
Обсудив моё предложение со старейшими жителями деревни, мой хозяин согласился поехать со мной в страну сокровищ. Мы отправились в порт, и он заплатил за наш проезд на корабле, который как раз отплывал в том направлении.
Когда мы с хозяином сошли на берег, король Серендиба встретил меня с распростёртыми объятиями. Мой хозяин очень удивился, увидев, что король обнимает его раба.
Я рассказал королю Серендиба обо всём, что со мной приключилось, и он обратил гневный взор на моего хозяина. Однако я объяснил ему, что не держу зла, а потом рассказал и о том, какая идея пришла мне в голову. Король очень заинтересовался моим предложением.
Обсудив все условия предстоящей торговли, король и мой хозяин ударили по рукам. Они договорились, что через месяц король отправит отряд кораблей с оплатой за первую поставку дерева. А я наконец получил свободу и мог отправляться домой.
Мой хозяин подтвердил, что считает меня свободным человеком, и мы расстались друзьями. Я отплыл домой на новом корабле, также нагруженном подарками. Плавание, к моей великой радости, прошло спокойно, без каких-либо происшествий.
Никогда прежде я не испытывал такого счастья, оказавшись дома. Приключений, которые выпали на мою долю, хватит мне до конца жизни. Я зажил мирно и счастливо и должен честно признаться, что никогда с тех пор не испытывал желания снова выйти в море.
Синдбад-мореход откинулся на спинку кресла.
– Это было моё самое последнее плавание, – произнёс он. – Когда я рассказал халифу обо всём, что случилось, он настоял на том, чтобы я поведал ему обо всех семи путешествиях.
– И ему понравились ваши рассказы? – спросил Синдбад-носильщик.
– О да! – улыбнулся Синдбад-мореход. – Он сказал мне, что все люди должны узнать о моих приключениях, и приказал своим писцам записать эти рассказы золотыми чернилами. Записи хранятся в личной библиотеке халифа, и с тех пор многие посетители уже читали и пересказывали их.
Синдбад на минуту замолчал, а потом продолжал:
– Я, конечно, не уверен, но думаю, что писцы и рассказчики могли что-то добавить от себя в эти истории… Впрочем, истории – это всего лишь истории, и предназначены они для того, чтобы рассказчик мог их рассказывать, а слушатели получали удовольствие от услышанного.